Восточный экспресс: итоги визита Владимира Путина в Китай подводим в эфире "Вестей ФМ" с руководителем Школы востоковедения НИУ ВШЭ Алексеем Масловым, ведущтй - Александр Андреев.

Андреев: Какие задачи были поставлены, на ваш взгляд, китайской стороной перед проведением этого саммита, и удалось ли достичь этих целей?

Маслов: Ну, я бы выделил три задачи, которые очевидно перед собой Китай ставил. Первое – это такой месседж, что с Китаем всё нормально, не надо говорить о том, что Китай вот-вот рухнет, что китайская экономика - да, она замедляется, но она замедляется в плановом режиме, у Китая есть выход из того, что сейчас происходит. То есть для Китая это очень важно, потому что Китай не хочет мешать притоку инвестиций, прямых иностранных инвестиций. Ну, и главное, что Китай готов сам инвестировать в другие страны. Вот этот месседж Китай довёл до всех.

Второй момент. Китай, как он, по крайней мере, заявил, выступил с новой программой оздоровления мировой экономики. Хотя может быть мы ещё поговорим о том, что это было предложение далеко не только Китая. С абсолютно такими же вещами выступала и Канада, да и США не отказывались от этого, что нужно по-другому планировать мировую экономику, но Китай сейчас приписывает авторство себе. То есть Китай наверно впервые встал во главе неких новых тенденций или, по крайней мере, поставил себя во главе новых тенденций экономического развития.

Третий момент, что очень важно. Китай решил показать всем, что он может довольно ловко манипулировать – оперировать даже теми друзьями, которые, казалось бы, очень близки. Вот этот довольно смешной случай с Обамой. Китай сразу показал, что если надо, он может щёлкнуть по носу даже таких важных партнёров, как США. И при этом на этом фоне Россия, на мой взгляд, выглядела не просто достойно, а, скажем, более интересно, и позиция была вначале более выигрышной.

Андреев: Ну, у России были другие задачи. На ваш взгляд, какими они были, и всё ли удалось выполнить?

Маслов: У России была главная задача – это показать, что Россия действительно не находится в изоляции, что Россия активно использует площадку G20. И, собственно говоря, много говорили о том, что Россия потеряла свою позицию в "восьмёрке", но оказалось, что, в общем, "восьмёрка" не столь важна, потому что всякие G20 – это 85% мирового ВВП и две трети населения.

Андреев: "Восьмёрка" как-то отходит на второй план на фоне "двадцатки".

Маслов: Я думаю, что она перестаёт играть серьёзную роль, потому что, я напомню, что "двадцатка" возникла на фоне кризиса 90-х годов, и она сыграла свою роль. А в 2008-2009 годах, то есть когда пошёл большой сначала азиатский, потом мировой кризис, всё-таки "двадцатка" выработала правильное решение, и как механизм – эффективнее. И работать с ней эффективнее. Поэтому, на мой взгляд, во-первых, Китай и Россия вот именно в рамках "двадцатки" обсудили целый ряд совместных мероприятий, которые формально конечно не столько вписываются в повестку дня "двадцатки", но зато произошла очередная встреча между лидерами двух стран, где в том числе мы обсудили проблемы, скажем, торгово-экономического баланса. Это первый момент, для нас очень важный.

Второй момент. Россия ещё раз подчеркнула, и это тоже важно, почему-то прошло как-то немножко незамеченным, Китай всё-таки очень активно затягивает другие страны в свои проекты. В поддержку, скажем, проекта "Шёлкового пути". Россия в очередной раз подтвердила, что да – проект интересный, но это китайский проект. У нас есть свои интересы, мы продолжаем идею сопряжения и мы готовы сотрудничать, но по тем проектам, которые нам интересны. То есть это важно, что мы показали не просто свою независимость, но то, что у нас есть своя повестка дня. Это было, я напомню, всё-таки после Владивостокского саммита, и это одно перетекало в другое, и в этом плане Россия отработала этот момент. Плюс конечно вот всё, что происходило на этом фоне, на полях, до или после. Это встреча Керри и Лаврова, это обсуждение сирийской проблемы, это обсуждение проблем кибербезопасности. То есть Россия, на мой взгляд, отлично отработала вот эту повестку дня, и конечно с точки зрения предложений она была более активной, более интересной, чем США.