программа: Интервью
13:01, 13 сентября 2018

“Из-за визита в Солсбери нам просто сломали жизнь”

Главный редактор телеканала RT Маргарита Симоньян смогла пообщаться с россиянами Александром Петровым и Русланом Бошировым. Это именно их Лондон подозревает в отравлении Сергея Скрипаля и его дочери Юлии в английском Солсбери полгода назад.

Они рассказали, что прилетели в Великобританию с туристическими целями. Они планировали провести в Солсбери целый день и посмотреть собор, однако были там лишь полчаса из-за сильного снегопада.

Расшифровка разговора предоставлена порталом RT.

СИМОНЬЯН: Вы позвонили мне на мобильный телефон и сказали, что вы Руслан Боширов и Александр Петров. Александр Петров и Руслан Боширов. Вы реально похожи на то, что нам показывали из Британии, на те фотографии и на те видео. Вы на самом деле кто?

ПЕТРОВ: Мы на самом деле те, кого и показывали.

БОШИРОВ: Руслан Боширов.

ПЕТРОВ: Александр Петров.

СИМОНЬЯН: Это ваши настоящие имена?

БОШИРОВ: Да (оба). Это наши настоящие имена.

СИМОНЬЯН: Но вы даже сейчас, когда об этом говорите, выглядите очень напряжёнными.

ПЕТРОВ: А как бы вы выглядели?

БОШИРОВ: Когда вашу жизнь вот так — раз! — и перевернули с ног на голову? Просто одним днём. И сломали.

СИМОНЬЯН: На этих записях, которые мы видим из Лондона, где вы ходите в этих уже знаменитых пуховиках, кроссовочках по Солсбери, — это вы?

ОБА: Да, это мы.

СИМОНЬЯН: Что вы там делали?

ПЕТРОВ: Друзья нам давно уже советовали посетить этот прекрасный город.

СИМОНЬЯН: Солсбери? Прекрасный город? А чем он прекрасен?

БОШИРОВ: Туристический город. Там есть знаменитый собор. Солсберийский собор. Он знаменит не только во всей Европе, он знаменит, я так думаю, наверное, во всём мире. Он знаменит своим шпилем 123-метровым, он знаменит своими часами — самыми первыми часами, которые были изобретены в мире, которые до сих пор идут.

СИМОНЬЯН: То есть вы поехали в Солсбери посмотреть на часы?

ПЕТРОВ: Да нет. Мы с самого начала планировали приехать в Лондон и оторваться, грубо говоря. Это была не бизнес-поездка. И мы распланировали так, что и в Лондоне побываем, и съездим в Солсбери. Естественно, это всё должно было быть одним днём. Но когда мы туда прилетели, мы думали, что даже самолёт не с первого раза посадят. Потому что в Англии 2-го и 3-го числа был просто транспортный коллапс. Да что там транспорт, там был снегопад настолько мощный, что завалило практически все города. И мы никуда не смогли добраться.

БОШИРОВ: По всем телевизорам показывали, что 2—3 числа железные дороги вообще не работали. Автомобильные дороги то же самое. Они были перекрыты полицейскими, перекрыты скорой помощью. Не было вообще движения никакого. Все поезда, ничего вообще не ходило. Почему это не показывают?

СИМОНЬЯН: Вы можете описать — может, не поминутно, а почасово — или хотя бы сколько вы помните... Вы прилетели в Великобританию, как вы говорите, оторваться и посмотреть на собор и некие часы в Солсбери. Вы можете описать, что вы делали в Англии? Вы два дня там были, правильно?

ПЕТРОВ: Три получается.

СИМОНЬЯН: Три дня. Что вы делали эти три дня?

ПЕТРОВ: 2-го числа мы прилетели в Англию. Приехали на вокзал посмотреть расписание, куда мы сможем съездить.

БОШИРОВ: Мы, вообще-то, планировали одним днём съездить. Просто одним днём съездить и посмотреть.

ПЕТРОВ: Именно в Солсбери один день. Там достаточно, там больше одного дня делать нечего.

БОШИРОВ: Это нормальный туристический город, Солсбери —он туристический.

СИМОНЬЯН: Хорошо, это я поняла. Это вы планировали. По факту — что вы делали? Вы прилетели, там снегопад. Туда чего-то не ходит, поезда не ходят, дальше что? Что вы делали?

ПЕТРОВ: Мы приехали в Солсбери 3-го числа. Пробыли там ровно, наверное... Пытались погулять по городу, но так как город был полностью завален снегом, нас хватило ровно на полчаса.

БОШИРОВ: Нет ни одной фотографии, ни одно СМИ, ни один телеканал не показывает, что в этот день, 3-го числа, в этом городе был коллапс. Снежный коллапс. Невозможно было пройти никуда. Мы вымокли все по колено.

СИМОНЬЯН: То есть вы полчаса погуляли, вымокли, и дальше?

ПЕТРОВ: Естественно, мы ехали, чтобы посетить Стоунхендж, Олд Сарум (одно из старейших поселений Англии. — RT), Собор Девы Марии, но этого не получилось, потому что там была... как это по-русски... жижа. Город был в полной жиже. Мы промокли, вернулись на вокзал и на ближайшей электричке мы уехали обратно. Минут 40 мы провели на вокзале в кафе.

БОШИРОВ: Пили кофе, пили горячий кофе, потому что мы вымокли все. И мы максимум провели 3-го числа час там, потому что это невозможно...

ПЕТРОВ: Может быть час, час с лишним, и то потому что электрички ходили с большим разрывом именно, наверное, из-за транспортного коллапса. Мы вернулись в Лондон и продолжили наше путешествие.

БОШИРОВ: Мы гуляли по Лондону, мы ходили вечером...

СИМОНЬЯН: То есть в Солсбери вы провели всего час?

ПЕТРОВ: 3-го числа да, потому что невозможно было никуда пройти.

СИМОНЬЯН: А другого числа?

ПЕТРОВ: А 4-го числа мы вернулись, потому что в Лондоне всё растаяло, была тёплая погода...

БОШИРОВ: Солнце светило.

ПЕТРОВ: Мы целенаправленно хотели посетить Олд Сарум и собор, и решили завершить это дело 4-го числа.

СИМОНЬЯН: «Завершить это дело» — это какое дело?

ПЕТРОВ: Посетить достопримечательности.

БОШИРОВ: Посмотреть этот знаменитый собор, сходить на Олд Сарум.

СИМОНЬЯН: Посмотрели?

ПЕТРОВ: 4-го числа — да. Посмотрели, но опять-таки в обед начался такой ливень со снегом, что мы уехали раньше, чем планировали

БОШИРОВ: Почему-то (об этом. — RT) никто не говорит

СИМОНЬЯН: Собор-то красивый?

БОШИРОВ: Собор очень красивый, там очень много туристов, очень много русских и русскоговорящих туристов

ПЕТРОВ: Кстати, с собора должно быть очень много фотографий...

СИМОНЬЯН: Вас в том числе?

ПЕТРОВ: ...которые должны были, наверное, показать СМИ...

СИМОНЬЯН: А у вас? Вы же фоткались, наверное, у собора?

БОШИРОВ: Конечно. Мы сидели в парке, мы сидели пили кофе, мы заходили в кафе пили кофе, мы гуляли и наслаждались вот этой английской готикой, вот этой красотой

ПЕТРОВ: Почему-то этого не показывают, показывают только наше нахождение на вокзале...

СИМОНЬЯН: Покажете нам эти фотки?.. За то время, что вы были в Солсбери, вы подходили к дому Скрипалей?

ПЕТРОВ: Ну может быть, мы к нему и подходили. Если бы мы знали, где он находится...

БОШИРОВ: А вы знаете, где он находится?

СИМОНЬЯН: Я нет.

БОШИРОВ: И я не знаю. Может, проходили мимо, может и нет. Я не знаю. До вот этой ситуации, пока не начался весь этот кошмар с нами, я не слышал эту фамилию, я не знал ничего про них.

СИМОНЬЯН: Когда вы прилетели в Великобританию, когда вы были в Лондоне или когда вы были в Солсбери, за всё время, что вы там были — у вас был с собой «Новичок», какой-то другой отравляющий яд или какая-то опасная жидкость?

БОШИРОВ: Нет

ПЕТРОВ: Мне кажется, это вообще бред.

СИМОНЬЯН: У вас был с собой флакон духов Nina Ricci, который демонстрирует британская сторона как evidence, как вещественное доказательство вашего, как они считают, преступления

БОШИРОВ: А нормальным мужикам с собой возить женские духи — это не глупо? Даже, реально, когда проходишь таможню, проверяют все вещи, и просто любой полицейский при досмотре... Я думаю, если бы у нас что-то было, у них возникли бы эти вопросы: «Зачем у мужчины в багаже лежат женские духи?»

ПЕТРОВ: По крайней мере даже у простых людей, наверное, возникли бы эти вопросы, зачем мужчине женские духи

СИМОНЬЯН: У каких простых людей? Где бы простые люди увидели ваши духи?.. Короче говоря, у вас были с собой духи Nina Ricci или нет?

БОШИРОВ: Нет, нет.

ПЕТРОВ: Нет, конечно.

СИМОНЬЯН: К вопросу о нормальных мужиках. Вы всё время, на всех видео показаны вместе, всё время вместе. Находились вместе, жили вместе, ходили везде вместе. Вас двоих вообще, так скажем, что объединяет?

БОШИРОВ: Вы знаете, давайте мы не будем лезть в частную жизнь, в личную жизнь. Мы пришли сюда к вам за защитой, а у нас получается какой-то допрос, и мы начинаем углубляться. Мы у вас защиты просим, мы у вас не на допросе.

СИМОНЬЯН: Мы журналисты. Мы не защитники, не адвокаты. Мой следующий как раз вопрос, вы в СМИ пошли зачем? Ваши фотографии, ваши имена какое-то время назад опубликовали. Вы всё это время сидели тихо, и сегодня вы мне позвонили и решили пообщаться со СМИ. Для чего?

БОШИРОВ: Защиты попросить

ПЕТРОВ: Если это можно назвать «тихо»... После того, как наша жизнь превратилась в кошмар, мы даже не понимали, что нам делать, куда нам идти — в полицию, в Следственный комитет, не знаю, в посольство Великобритании...

БОШИРОВ: В ФСБ пойти... Мы не знали...

СИМОНЬЯН: В посольство Великобритании зачем?

ПЕТРОВ: Просто мы в таких непонятках... что нам делать, куда нам сунуться, что алло, люди.

СИМОНЬЯН: А вы читаете, что про вас пишут, говорят, смотрите?

ПЕТРОВ: Нет, не читаем... конечно читаем!

БОШИРОВ: Конечно читаешь. Потому что мы на улицу выйти не можем, мы боимся, мы опасаемся...

СИМОНЬЯН: Чего?

БОШИРОВ: Мы опасаемся за себя, мы опасаемся за жизнь, мы опасаемся за близких, мы опасаемся за тех людей, которые нас знают.

СИМОНЬЯН: Вы боитесь, что вас что, убьёт английская разведка?

ПЕТРОВ: Вы даже наши публикации почитайте. Что там за вознаграждение...

СИМОНЬЯН: Я не видела. Что... за ваши головы?

БОШИРОВ: Да. Товарищ... полоумный Гудков там вообще объявил путешествие в Англию, кто приведёт двоих персонажей. Это нормально, считаете? И это, вы считаете, просто сидеть, ходить, улыбаться, не бояться и ходить здороваться? Да любой нормальный человек — он будет бояться.

СИМОНЬЯН: Почему вы позвонили мне? Почему вы пришли на наш канал?

БОШИРОВ: Так получилось. Мы сегодня читали новости, как раз-таки вот ваш Telegram.

ПЕТРОВ: Вы же сегодня сами в Telegram дали фору.

СИМОНЬЯН: Теперь я знаю, кто читает мой Telegram.

ПЕТРОВ: Я не знаю, можно это говорить в эфир или нет.

СИМОНЬЯН: Ну, говорите. Нельзя — не дадим.

ПЕТРОВ: Вперёд, сукины дети, как вы сказали.

СИМОНЬЯН: А, это я написала. В очередь, сукины дети, я написала.

ПЕТРОВ: Да-да.

БОШИРОВ: И поэтому мы, прочитав, посмотрев, мы решили позвонить вам. И прийти именно к вам.

СИМОНЬЯН: Как, на самом деле, если бы Путин сегодня (12 сентября. — RT) не сказал, что… Он же обратился к вам, с экранов, и это было везде в СМИ. Он сказал, что вот, мы вычислили этих людей, мы знаем, кто эти люди, и пусть они уже придут в СМИ и объявятся. Если бы он это не сказал, вы бы пришли?

ПЕТРОВ: Знаете, Маргарита, скорее всего, наверное, это было бы выложено в сеть в виде видеообращения. Потому что мы...

СИМОНЬЯН: Вы бы записали видеообращение и...

БОШИРОВ: ...и выложили в сеть.

ПЕТРОВ: Мы раньше не сталкивались никогда со средствами массовой информации. И было бы проще, наверное, излить душу именно в интернет. Потому что, грубо говоря, нас загнали в угол.

БОШИРОВ: Попросить защиты, помощи.

ПЕТРОВ: А сегодня вот именно... мы не видели эфир, я просто услышал это по радио и предложил...

БОШИРОВ: Был толчок.

ПЕТРОВ: ...позвонить вам.

СИМОНЬЯН: Но меня никто не обвиняет в том, что я работаю в ГРУ. А вас-то обвиняют.

ПЕТРОВ: И слава Богу.

БОШИРОВ: Ваши коллеги обвиняют.

СИМОНЬЯН: Не только мои коллеги. Вы журналистов, видимо, имеете в виду... Вас обвиняют правоохранительные органы Великобритании, что вы работаете в ГРУ.

ПЕТРОВ: Да, это, наверное, самое страшное.

СИМОНЬЯН: А где вы работаете? Вы взрослые мужчины, вы должны на что-то жить.

ПЕТРОВ: Мы предприниматели средней руки.

СИМОНЬЯН: Что значит, средней руки?

ПЕТРОВ: Просто, если мы сейчас расскажем про наш бизнес, то мы же сузим...

БОШИРОВ: И люди пострадают, с которыми мы работаем, и мы не хотим этого.

ПЕТРОВ: Мы сузим круг поиска для ваших коллег.

СИМОНЬЯН: Ну, расскажите хоть что-то. Понимаете, и мне, и аудитории, — вы же хотите, чтобы люди вам поверили. Людей уже много месяцев убеждают в обратном. Кто-то вам верит, кто-то вам не верит. Когда вы говорите: мы в ГРУ не работаем, мы про бизнес тоже не расскажем, — у меня возникают вопросы, у аудитории возникнут вопросы. Что, если вы не работаете в ГРУ, вы не шпионы, вы никого не травили, вы просто туристы... Чем вы занимаетесь?

ПЕТРОВ: Если вкратце, это фитнес-индустрия. То, что касается спортивного питания, витамины, микроэлементы, протеины, гейнеры, и так далее. Просто, если рассказать немножко шире, опять-таки, наши партнёры и, так сказать, широкий круг моих знакомых...

СИМОНЬЯН: Вы занимаетесь фитнес-индустрией.

ПЕТРОВ: Да.

СИМОНЬЯН: То есть, что, вы консультируете в Европе каких-то людей, которые хотят накачать бицепсы, или что?

ПЕТРОВ: Почему в Европе?

СИМОНЬЯН: Почему в Европе — это мой следующий вопрос. Вы на этот ответьте, а следующий вопрос будет как раз...

ПЕТРОВ: Консультировать здесь.

СИМОНЬЯН: Здесь консультировать.

ПЕТРОВ: Да. И сейчас, наоборот, тренд консультировать не по наращиванию бицепсов, а, наоборот, по... как сказать, по построению фигуры, так называемая сушка. ЗОЖ, ПП.

БОШИРОВ: Правильное питание, здоровый образ жизни.

СИМОНЬЯН: То есть, вы работаете с клиентами, которым вы помогаете сделать красивое тело. Или вы в фитнес-клубах?.. Тренер это называется.

ПЕТРОВ: Вкратце — да.

БОШИРОВ: Не хотелось бы это всё предавать огласке... и углубляться в работу, скажем, во все вот эти вопросы. На самом деле, я не хотел бы, чтобы пострадали люди из числа наших клиентов. Чтобы как-то пострадали те люди, с которыми мы работаем. И я не хотел бы углубляться.

СИМОНЬЯН: Хорошо. Британцы утверждают, что за последние пару лет вы чуть ли не десятки раз были в Европе, в первую очередь, в Швейцарии. Что вы там, как люди, занимающиеся фитнес-тренингами и наращиванием мышц, делали?

БОШИРОВ: Да британцы много что утверждают.

СИМОНЬЯН: То есть, вы не были в Европе.

БОШИРОВ: Они утверждают, что мы и жили в номере, которые показывают, одноместную кровать. А то, что соседние номера двухместные, там трёхместные. И это нормально для туристов, нормально для приезжего, приехать, заселиться в одном номере двухместном, в двухкомнатном номере и жить. Экономия денег. Да просто это быт. Жить вместе — это веселее, это проще. И это нормально для нормального любого человека.

СИМОНЬЯН: Да, слушайте, это вы можете даже не оправдываться, односпальная у вас была кровать или двуспальная. Вот это сейчас весь мир волнует меньше всего, я вам честно скажу. Давайте… Вы в Европу ездили за эти пару лет…

ПЕТРОВ: Конечно, да. В основном это именно по бизнесу. И...

СИМОНЬЯН: В основном в Швейцарию.

ПЕТРОВ: Нет, не в основном в Швейцарию. Если не изменяет память, пару раз в Швейцарию в этом году залетели. Новый год в Швейцарии...

БОШИРОВ: Это всё преувеличено по количеству.

СИМОНЬЯН: А что вы там делали? Как ваш бизнес связан? Я понимаю, вы не хотите раскрывать там своих клиентов, там названия, еще что-то. Но как ваш бизнес связан с Европой и Швейцарией?

ПЕТРОВ: Это не всегда по бизнесу мы летаем. Вот именно Швейцария — мы летали на отдых. И по бизнесу тоже там были. Но, дай Бог памяти, когда это было.

БОШИРОВ: Прилететь в Женеву — это не означает... Это нормально. Это прилетел в Женеву. Это ближайший путь доехать до Монблана. Это съездить... это поехать во Францию за несколько километров, посетить Францию. Это удобно.

СИМОНЬЯН: Так вы по бизнесу летали или отдыхать?

БОШИРОВ: Нет.

ПЕТРОВ: Нет, и так, и так. В основном-то по бизнесу поездки.

СИМОНЬЯН: А по бизнесу как? Как ваш бизнес с Европой стыкуется?

ПЕТРОВ: Именно по спортивному питанию. В Европе продаются препараты, витамины.

СИМОНЬЯН: А, то есть, вы покупаете там питание и привозите сюда.

ПЕТРОВ: Да. Не то что мы их покупаем, складируем в сумки и привозим. Изучаем рынок, смотрим новинки, какие есть, узкоспециальные, из БАДов, из аминокислот, из витаминов, из микроэлементов. Выбираем самое необходимое, приезжаем сюда и решаем вопросы, как доставить новинки этого рынка сюда. Это одно из направлений, то, чем мы занимаемся.

СИМОНЬЯН: У меня здесь папочка со скриншотами. Это вы, да?

ОБА: Да.

СИМОНЬЯН: Это ваша одежда.

ОБА: Да.

СИМОНЬЯН: Вы сейчас в другой одежде.

ПЕТРОВ: Она у нас, кстати...

БОШИРОВ: Она у нас осталась, эта одежда.

ПЕТРОВ: В гардеробе висит.

БОШИРОВ: У меня, да, в гардеробе. Вот эта куртка висит.

ПЕТРОВ: Ботинки куплены в Англии. Куртка.

БОШИРОВ: Прорекламированные кроссовки New Balance... Это вся одежда — та одежда, в которой и сейчас мы ходим...

СИМОНЬЯН: И она у вас сейчас в России?

ПЕТРОВ: Здесь ты в ботинках, которые ты купил на Оксфорд-Стрит, если я не ошибаюсь.

БОШИРОВ: Причём, 3-го числа ботинки были куплены.

ПЕТРОВ: Потому что, когда мы 3-го промокли, да...

БОШИРОВ: Вымокли 3-го числа и вернулись, и переобулись.

ПЕТРОВ: Вернулись в Лондон и пошопились чуть-чуть.

БОШИРОВ: Да, пошли, купили себе... Я пошёл, купил себе обувь. Я был уже на следующий день в другой обуви.

СИМОНЬЯН: Эта одежда у вас сейчас в России?

БОШИРОВ: Да, в России.

ПЕТРОВ: Конечно. Да.

БОШИРОВ: Она у нас есть, мы ее можем показать. Конечно.

СИМОНЬЯН: А с собой у вас нет её, случайно?

БОШИРОВ: Куртка — да. У меня с собой куртка, она здесь.

ПЕТРОВ: Вот эта?

БОШИРОВ: Да, вот эта куртка, она у меня с собой, здесь.

ПЕТРОВ: У меня все эти вещи тоже дома лежат в гардеробе.

СИМОНЬЯН: Хорошо. Вот картинка, которая озадачила весь мир. (Аэропорт. — RT) Гатвик, вы выходите через гейт, через ворота, буквально в одно и то же время, чуть ли не в одну и ту же секунду. Как это получилось, что это, вообще, как это?

БОШИРОВ: Я думаю, это надо у них спросить. Потому что мы всегда...

ПЕТРОВ: Мы как это можем объяснить?

БОШИРОВ: ...проходим вместе. Даже по одному коридору через одного таможенника, полицейского. Один проходит, второй ждёт. Мы по коридору вместе проходили. Мы всегда вместе. А как это у них... Я думаю, это лучше им спросить, как это всё получилось, в одну секунду и в одно и то же время, и по раздельности.

ПЕТРОВ: Просто то, что мы даже вместе всегда проходим, у меня чуть-чуть посильней с английским языком. Если какие-то проблемы возникают — я помогаю Руслану.

СИМОНЬЯН: То есть, вы проходили вместе. Вы не проходили по раздельным коридорам.

ПЕТРОВ: Мы никогда по раздельным не проходим, мы всегда проходим вместе.

БОШИРОВ: Да. Мы не проходим по раздельности.

СИМОНЬЯН: Эти картинки — это что? Этого не было, это монтаж.

БОШИРОВ: Это я не знаю…

ПЕТРОВ: Если бы мы ещё помнили, когда это было.

БОШИРОВ: ...как это все у них происходит. Когда ты прилетаешь, улетаешь, посещаешь какие-то места, никогда не обращаешь (внимания. — RT) на камеры. Потому что это не интересно, как снимают, где снимают, что снимают. Мне это не интересно. И я не обращал на это внимание. Если они напечатали такие фотографии, и ещё такое время, я думаю, это лучше у них спросить.

СИМОНЬЯН: Что вы, вообще, думаете про «дело Скрипалей»? Кто их отравил? Вы, вообще, об этом думали, думаете?

ПЕТРОВ: Тяжело сказать. Как мы думаем, мы в этом...

СИМОНЬЯН: Потому как увидели свою фотографию по телевизору.

ПЕТРОВ: ...мы в этом живем. Единственное, что хотелось бы, если реально когда-нибудь отравителей найдут, то хотя бы перед нами бы извинились.

СИМОНЬЯН: Кто, отравители?

БОШИРОВ: Англичане.

ПЕТРОВ: Даже за то, что мы последние, я не знаю, сколько это муссируется уже там, неделю, пять дней, для меня... я даже в датах потерялся. Потому что реально просто даже... машину не выйти заправить спокойно.

БОШИРОВ: Вы даже представить не можете, что произошло, вообще, с нашей жизнью.

СИМОНЬЯН: Вас прямо так узнают?

ПЕТРОВ: Мы так думаем, что нас узнают. Как мы себя можем вести по-другому, если по телевизору показывают.

БОШИРОВ: Каждый день на весь экран две фотографии.

ПЕТРОВ: Это просто страшно.

БОШИРОВ: Включаешь радио — Баширов, Петров. Включаешь телевизор — Баширов, Петров. А как бы вы жили? Мне реально страшно, я опасаюсь, я напуган, и я не знаю... Вообще, я не знаю, что будет завтра.

ПЕТРОВ: Я уже даже стараюсь...

БОШИРОВ: Мы сюда поэтому к вам и пришли.

СИМОНЬЯН: Что вы собираетесь делать дальше?

ПЕТРОВ: Вообще непонятно. Просто хочется, чтобы нас оставили в покое.

СИМОНЬЯН: Вы же теперь, как я понимаю, невыездные. То есть, если вы покинете пределы России, с большой степенью вероятности вас арестуют.

ПЕТРОВ: Мы очень надеемся, что эта ситуация разрешится.

БОШИРОВ: Да, разрешится. И всё-таки та сторона, английская, она принесет извинения свои за вот это всё, что они подняли. Что всё-таки найдут тех людей, которые причастны к этой истории со Скрипалями, и что хоть как-то изменится наша жизнь.

ПЕТРОВ: Вообще, вся эта ситуация — это просто какое-то фантастичное, фатальное совпадение. И всё. В чём наша вина?

БОШИРОВ: Просто хотелось, чтобы нас хотя бы сейчас оставили в покое. Хоть немножко в покое оставили. Просто хотя бы чтобы успокоились.

ПЕТРОВ: Хотя бы наши СМИ, ваши коллеги.

СИМОНЬЯН: Наши, в смысле, российские?

БОШИРОВ: Хоть немножко спокойно жить.

ПЕТРОВ: Мы даже немного понимаем, что будет после этого интервью. И...

БОШИРОВ: А я не знаю, что будет завтра.

ПЕТРОВ: Нам, в любом случае, вообще, придётся...

СИМОНЬЯН: Да вы станете героями всех ток-шоу.

ПЕТРОВ: Ну, не хотелось бы. Просто хочется спрятаться и спокойно отсидеться всё это время. Такой популярности нам точно не нужно.

БОШИРОВ: Просто чтобы отстали от нас.

ПЕТРОВ: Уже реально нету сил.

БОШИРОВ: Устали.

ПЕТРОВ: Просто, есть ли возможность, если есть такая возможность, просто оставьте нас, пожалуйста, в покое, и всё. Через вас мы хотим обратиться ко всем, вашим коллегам, в том числе. Даже если вдруг нас кто-то будет узнавать, потому что мы не можем просто сидеть дома и никуда не выходить, то, друзья, не доставайте мобильные телефоны. Я не знаю, как это ещё попросить. Просто хочется спокойствия и... Я понимаю, что к нормальной жизни мы, наверное, вернёмся не так скоро, как этого бы хотелось.

БОШИРОВ: Просто чтобы не доставали хотя бы сейчас.

СИМОНЬЯН: Спасибо. Спасибо, что пришли к нам на канал.

БОШИРОВ: Спасибо, что вы нас выслушали.

ПЕТРОВ: Спасибо вам большое. Спасибо.