Предвыборная гонка началась: Охлобыстин - в президенты, Явлинский вернулся в "Яблоко"... Заметили ли Вы наметившееся политическое разнообразие? Это и многое другое Владимир Соловьев и Анна Шафран обсудили со слушателями и экспертами "Вестей ФМ" в программе "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт".

Шафран: Николай Злобин с нами.

Злобин: Доброе утро!

Соловьев: Во-первых, для меня, лично, печально, что у тебя не было возможности встретиться с президентом Российской Федерации.

Злобин: В Ярославле, ты имеешь в виду? Да, наша встреча была отменена, у него изменилось расписание в связи с этой трагедией. И я так понимаю, наблюдая за ним потом во время его выступления и после, когда он слушал выступления президентов Турции, Польши и так далее, он явно был шокирован этой трагедией. Он утром прилетел туда и полдня провел на месте трагедии. Видно было, что это всю команду его задело. Поэтому та небольшая группа, с которой он планировал встречаться в Ярославле в частном порядке, с пониманием отнеслась к тому, что он отменил эту встречу.

Соловьев: Коль, вот тебе, как стороннему наблюдателю, как видится удивительное оживление политической картины, политического ландшафта? Вдруг Иван Охлобыстин, вдруг Григорий Алексеевич Явлинский, вдруг какие-то смешные интриги вокруг Прохорова, напоминающие мне произведение Николая Васильевича Гоголя "Тарас Бульба": "Я тебя породил, я тебя и убью", - беседа кремлевской администрации с Прохоровым. Притом, заметь, неожиданно, жизнь, казавшаяся политическим болотом, становится многообразной!

Злобин: Какие-то моменты политики в России или, по крайней мере, политической дискуссии в России появились. И это действительно интересно! Да и в правящей партии появились абсолютно разные точки зрения, дискуссии. Я сразу поддержал предложение Путина о праймериз. Я считаю, что это правильное предложение.

Соловьев: Это демократично.

Злобин: Да, я не очень понимаю, почему представители других партий сразу выразили такое негативное отношение.

Соловьев: Знаешь, почему? Ну как, Евтушенко... Про колхозы.

Злобин: Наверное, да!

Соловьев: Евтушенко против колхозов? Тогда я "за".

Злобин: Да, если Путин "за", то мы все "против". На самом деле, я считаю, что чем больше даже таких элементов, тем лучше. Предварительные выборы, возможность какого-то разнообразия - в конце концов, это сработает. Расширять разнообразие надо. За последние 10 лет Россия сузила политическое разнообразие до минимума. Мне кажется, Путин предложил, и вот я совершенно не понимаю реакцию других партий. Казалось бы, для правящей партии разнообразие - тут сам бог велел. Поэтому мне кажется, это сыграло свою роль. Сыграло свою роль то, что лидеры "Единой России" сразу начали говорить о том, что их депутатский корпус будет обновлен существенно - на 50 или больше процентов, в том числе, думская фракция. Соответственно, появляется опять какой-то маневр, какое-то движение, люди засуетились.

Соловьев: Да, подожди, я забыл упомянуть появление Рогозина и возрождение его партии.

Злобин: Да, он, кстати, пользовался довольно большой популярностью в Ярославле, где он выступил с речью. И я так понимаю, многими воспринималось потом, что президент, выступая со своей речью, не упоминая Рогозина, ответил на предложение Рогозина о русском национализме, о необходимости возрождения русских политических движений. Многие восприняли это как некие дебаты между Рогозиным и президентом. На самом деле, ты совершенно прав, оживление в правящей партии, безусловно, есть, и оно инициировано правящей партией, насколько я понимаю, потому что у них действительно серьезные проблемы, и им надо их решать, обновляться, становиться более адекватными. И есть совершенно очевидное политическое оживление вне правящей партии. Оно, зачастую, приобретает карикатурный характер, типа Охлобыстина. На мой взгляд, это тоже пусть будет.

Соловьев: Ты знаешь, я не вижу в этом карикатурного характера. Я вижу в этом искреннюю попытку человека для себя, в зрелом возрасте пришедшего к вере и что-то осознавшего, поделиться этим с людьми. Очевидно, что для политических прожженных мастодонтов он кажется диким, наивным, смешным, странным. Но, с другой стороны, давай посмотрим на тех людей, которые когда-то вдруг говорили, что "мне пришла истина", и начинали говорить миру. Они тоже были очень разные.

Злобин: Да, но все-таки это разные вещи.

Соловьев: Другое вопрос, что пророк - не факт президент.

Аудио выпусков вы можете найти в разделе "Программы", на странице программы "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт".