Реакция мусульман на теракт в Париже. Гость - имам московской Мемориальной мечети на Поклонной горе Шамиль Аляутдинов.

Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.

Шафран: В гостях сегодня - имам московской Мемориальной мечети Шамиль Аляутдинов. Здравствуйте, Шамиль-Хазрат.

Аляутдинов: Здравствуйте.

Соловьёв: Я прошу всех, кто имеет возможность нас не только слышать, но и посмотреть: вы сейчас, пожалуйста, посмотрите. Шамиль-Хазрат - молодой, обаятельный, умный, красивый, статный. Шамиль был у меня на одной из передач. Я уверен, будет ещё и не раз. Шамиль блестяще говорит по-русски. То есть нет ничего в том пугающем образе мусульманина, который невольно создают сейчас в мире. Мы всегда на человека смотрим и думаем: "Так, вы к нам без пояса пришли? Вы сейчас взрываться тут не собираетесь? Вы террорист или нет?". Довели всех до какой-то безумной истерии. И, как я понимаю, в частности, крайне неприятный инцидент произошёл в московской мечети на Поклонной горе. Что случилось?

Аляутдинов: Буквально вчера я как раз прокомментировал это, в том числе письменно. А случилось то, что в понедельник утром... У нас утренняя молитва в районе семи часов утра, некоторые прихожане в это время приезжают, они как раз дежурному сказали о том, что на здании появились большие надписи распыляющейся краской. Правоохранительные органы достаточно быстро среагировали. Они сразу приехали уже с утра, всё это посмотрели, и вот последние два дня мы это оттирали. Но если довольно большие надписи на облицовочном камне, на граните полегче стирались, то на облицовочном кирпиче - довольно сложно. В том числе на дверях. Но там придётся просто-напросто снимать деревянную облицовку и реставрировать.

Соловьёв: Надписи оскорбительного содержания, да?

Аляутдинов: Там были моменты, да. Кто-то это сфотографировал. Или через сотрудников, кто был там, или через прихожан эти фото появились в Интернете, потому что мы никак это не отмечали, не фотографировали, нам это не нужно было. Там, в общем, не оскорбительные... Есть такое выражение, в одном из фильмов было: "После двухсотого боя я не чувствую боли". Я, наверное, в вопросе оскорбления спокойно к этому отношусь. Пока что, по нашему анализу и, как я понял, по анализу спецслужб, это не какая-то акция, организованная какой-то группой, или ещё что-то под какими-то лозунгами.

Соловьёв: Хулиганство.

Аляутдинов: Человек, наверное, даже больше умалишённый, нездоровый на голову, потому что надписи в то же время были неразборчивы, не понятно, что написано.

Соловьёв: Шамиль-Хазрат, то, что произошло во Франции, в России совершенно по-другому оценивают. Поэтому я, например, не поддерживаю акцию "Я - Charlie". Я считаю, что мы точно не Charlie, потому что мы не считаем для себя возможным как убивать людей, но так же не считаем для себя возможным оскорблять религиозные чувства верующих. Какое ваше отношение к произошедшему?

Аляутдинов: Я многие годы собираю информацию на телевидении, радио, несколько деловых ежемесячных журналов прочитываю и что-то отдельное могу проанализировать приближённо.

Полностью слушайте в аудиоверсии.

Смотрите видеотрансляцию из студии "Вестей ФМ"