Расследование в отношении чиновников Министерства культуры. На прямой связи - Дмитрий Пучков, писатель, публицист, переводчик.

Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.

Соловьёв: Дмитрий Юрьевич, я вами недоволен.

Пучков: Как так?

Соловьёв: Вы так блестяще выступили в эфире - как телевизионном, так и радийном - и опять спрятались в Санкт-Петербурге. Так я печалюсь вашему отсутствию.

Пучков: Если что - я тут.

Соловьёв: Вы, конечно, там, в колыбели трёх революций и дикого количества переворотов. Дмитрий Юрьевич, что такого интересного происходит в Минкульте? Тем более что питерские депутаты требуют отставки Владимира Ростиславовича Мединского. Как-то всё выстраивается в такую целую кампанию. Вы отслеживаете эту ситуацию? Какие у вас глубокие мысли?

Пучков: Да, конечно. Как бывший сотрудник, для меня как-то странно, когда некое происшествие немедленно вызывает такую реакцию - отставку и прочее. Для начала, на мой взгляд, было бы следствию неплохо разобраться, что же там произошло на самом деле. Не досужие вымыслы граждан, которые жаждут крови, а разобраться, что же действительно произошло. Когда разберутся, тогда, наверное, и надо какие-то выводы делать. Иначе всё это выглядит как плохо организованная кампания.

Соловьёв: А что мы сейчас знаем по фактологии? Что инкриминируется?

Пучков: То, что я знаю как обыватель, из того, что я вижу в телевизоре и слышу по радио, - некие реставрационные работы, проводившиеся в Изборске, вызывают у следствия интерес. Наверное, на лицо какой-то факт, в рамках которого проводится следствие. С моей точки зрения, то есть я в этом году, например, проехал из Москвы в Петербург, посещая самые разнообразные объекты. Например, на Валдае, в Суздале и везде, где я был, я был у достаточно официальных граждан и постоянно задавал вопрос: "Это на чьи деньги отреставрировано?" - "На деньги Министерства культуры", "На деньги Министерства культуры", "На деньги Министерства культуры". У меня, по ходу, как в сказке про Кота в сапогах, - "Всё это - Маркиза Карабаса". То есть количество проводимых работ просто поражает. И если в рамках этого объёма работ что-то где-то пошло не так - это нехорошо, но совершенно естественно, на мой взгляд.

Соловьёв: Меня вот что сильно смущает - я не очень понимаю, как оценить вообще стоимость реставрационных работ.

Пучков: Это дорого. Это не штукатуры, так сказать, маляры, плиточники. Это специальные люди, которые проводят специальные работы за совершенно отдельные деньги. И я так подозреваю, что здесь ещё некоторую роль играет такой момент, что в ходе кризиса рынок схлопывается, на котором можно деньги зарабатывать в строительстве, и массово тянутся в государственное строительство, к государственному заказу.

Соловьёв: Эту часть я могу понять. И начинается внутригодовая борьба и желание вытеснить конкурента.

Пучков: Так точно.

Соловьёв: Но вот что меня интересует. Я к вам здесь обращаюсь как к сотруднику, много лет проведшему на оперативной работе. Я наивно понимаю, что если что-то где-то украли (ну, предположим), то мне интересно, чтобы мне показали путь движения денег. Например, компания подкупила заместителя министра. Значит, заместитель министра в каком-то виде должен получить эти деньги или их эквивалент? Должно упасть на счёт, принести в чемодане. То есть должна быть зафиксирована некая чёткая и ясная, не вызывающая ни малейшего сомнения, доказательная база.

Пучков: Так точно. Без этого уголовные дела не возбуждают, потому что доказывать нечего. Оно должно быть.

Полностью слушайте в аудиоверсии.

Смотрите видеотрансляцию из студии "Вестей ФМ"