Ситуация с Boeing.

Экс-замглавы "Росгеологии" Горринг в СИЗО затосковал по компьютерным играм.

Гость – Евгений Сатановский, президент Института Ближнего Востока.

В студии – Владимир Соловьёв и Анна Шафран.

САТАНОВСКИЙ: Можно, я перестану на тему Boeing поддерживать разговор? А то я сейчас заведусь на тему российского, бывшего советского, широкофюзеляжного самолётостроения гражданского, которое внезапно оказалось нашей стране абсолютно не нужно. Спасибо, что военные сохранили.

СОЛОВЬЁВ: Чудом!

САТАНОВСКИЙ: Случайно.

СОЛОВЬЁВ: Ну, они же всё хотели уничтожить.

САТАНОВСКИЙ: Нет, вообще, это – тема хорошая, потому что на фиг не нужны конкуренты.

СОЛОВЬЁВ: Я сейчас тоже заведусь, и всё это плохо кончится.

САТАНОВСКИЙ: Ну, да, заведёмся… А у меня – по целому ряду отраслей…

СОЛОВЬЁВ: А я не могу понять, чего до сих пор этих подонков не пересажали?

САТАНОВСКИЙ: Да?

СОЛОВЬЁВ: Которые при этом, ты ещё заметь, наглостью обладают – да они до сих пор людей жить учат!

САТАНОВСКИЙ: А можно, я тебе не буду это объяснять сейчас, потому что я-то понял, почему.

СОЛОВЬЁВ: Мы оба заведёмся. Ага.

САТАНОВСКИЙ: Я понял, но это понимание не доставило мне никакой радости.

СОЛОВЬЁВ: Извини, так написано: многие знания – многие печали.

САТАНОВСКИЙ: Более того, оно внедрило в меня массу опасений по поводу целого ряда ещё не сдохших технических программ, направлений, отраслей, потому что в целом ряде из них я знаю 65-75-летних людей недобитых, которые являются последними из тех, кто держит ноу-хау.

СОЛОВЬЁВ: Вообще непонятно, как они есть!

САТАНОВСКИЙ: А они никому не нужны, неинтересны.

СОЛОВЬЁВ: А зачем они нужны?

САТАНОВСКИЙ: Они не умеют быть эффективными менеджерами. Они не умеют приватизировать. Они не умеют банкротить – знаешь, принудительное банкротство, такое вот, чтобы застроить площадь завода или…

СОЛОВЬЁВ: Жень, ты о чём? Если у тебя в "Росгеологии" три сидят однокашника, которые не имеют никакого отношения к геологии, которые вдруг заметили службы: "Ой, вы знаете, они неэффективно израсходовали там чуть ли не 200 ярдов".

САТАНОВСКИЙ: Понимаешь, в чём дело?

СОЛОВЬЁВ: А так – всюду!

САТАНОВСКИЙ: Я вчера провёл опрос (за полчаса – почти 1300 человек), что с такого рода конторами делать, со всеми этими.

СОЛОВЬЁВ: Стрелять!

САТАНОВСКИЙ: 95% считают, что их надо немедленно закрывать, и тогда на всю остальную страну хватит. Потому что ты же представляешь, сколько эти люди прожирают! Этот как Горринг с его первым классом, а то в бизнес-классе "оно" летать не может.

СОЛОВЬЁВ: Да проблема – не в этих отходах рода человеческого! Просто вот ты говоришь – "а посмотри, какой ущерб они причиняют"! Это же мультипликативный эффект!

САТАНОВСКИЙ: Правильно, поэтому я хочу понять, кто их ставит, и хотел бы, чтобы это прекратилось.

СОЛОВЬЁВ: Вопрос, который я вчера задал. Почему до сих пор руководитель на месте, и куда делить все проверяющие? Как можно было человека, который взял поменял паспорт… Извини, поменял паспорт в то время, как у него судимость – ну, не судимость, а подписка о невыезде…

САТАНОВСКИЙ: Да там всё вообще хорошо.

СОЛОВЬЁВ: Ну, чего тогда притворяться?

САТАНОВСКИЙ: Он теперь наш с тобой брат: он еврей. Был ингуш, стал еврей.

СОЛОВЬЁВ: Был Магомедович, стал Израилович.

САТАНОВСКИЙ: Но при этом был аферистом среднего масштаба, а стал аферистом крупного масштаба. Это – второй вопрос. Не, я понимаю: дети, племянники, однокашники…

СОЛОВЬЁВ: Но главный вопрос – в другом: а какая структура в стране? Вот знаешь, в Советском Союзе, какой бы он ни был плохой, был Комитет партийного контроля, был КГБ СССР...

Полностью слушайте в аудиоверсии.