Теракт в Найроби, ситуация в Сирии, выборы в Германии. Гость студии радио "Вести ФМ" - политолог, журналист Михаил Леонтьев.

Ведущие: Гия Саралидзе и Ольга Подолян.

Саралидзе: Много очень событий, которые хотелось бы с вами обсудить, просто волна терактов: и взрывы в Пакистане, это и Кения, Найроби, это и в Ираке. В Багдаде опять взрывы смертников. Ну, просто такая волна действительно. Во-первых, что это такое в Найроби произошло, почему именно Кения, у вас есть какие-то объяснения?

Леонтьев: Эти товарищи, собственно, и объяснили, - вмешательство кенийских войск в Сомали. Сомали – это такая болячка, с ней ничего сделать нельзя. Это яркий пример, чего можно добиться путем развития демократических процессов в странах, где не то, собственно, на мой взгляд, демократические процессы нигде неуместны, ну, где они крайне болезненны и несовместимы с жизнью. Кстати - это единственная страна мира, которая наваляла американцам, после чего они больше туда не суются. Ну, после Вьетнама - первое серьезное поражение в вооруженном столкновении американцы потерпели в Сомали. В Африке, понятно, что все те же самые процессы, которые где-то протекают достаточно дико, там протекают совсем дико. Ничего нового, там рядом, например, с Кенией расположена Руанда, где спокойно вырезали несколько миллионов человек, никто на это даже внимания не обратил в мире. Кения почему заметна? Кения – это одна из туристских стран, очень посещаемая, модная на Западе и так далее.

Саралидзе: Да и у нас, кстати, тоже.

Подолян: На сафари  ездят.

Леонтьев: Одна из немногих стран, которая считалась, что там, в общем, туристу можно более или менее безопасно существовать. Во всяком случае, в каких-то районах, зонах, еще к ним относился этот супермаркет. Ну, естественно, такой очень рекламный трюк. Они любят рекламу ведь. Паразиты, потому что. Видно, что цели выбираются. То есть сочетание затрат и результата – максимальные. Понятно, что самолеты втыкать в небоскребы - гораздо сложнее, но зато какой эффект. Вот поменьше, естественно, попроще. Опять же кенийская армия видно, да, ну уж если вы идете на штурм, вы штурмуйте, сколько можно штурмовать-то. Ну, что ж поделаешь...

Саралидзе: Там какие-то были сообщения по поводу того, потом они были опровергнуты, что израильский спецназ якобы вызвали туда…

Леонтьев: Израильский спецназ так не работает. Во время штурма самолета Air France был один убитый, кстати, родной брат нынешнего премьер-министра. И ни одной жертвы среди заложников. Все-таки другой класс, как бы к ним не относится, класс совсем другой.

Полностью слушайте в аудиоверсии.