Итоги референдума в Каталонии. Что будет дальше? Гость - завкафедрой политики ЕС МГИМО Олег Барабанов

О том, как проходил референдум в Каталонии, рассказывает европейский корреспондент "Вестей ФМ" Регина Севостьянова.

Ведущие "Вестей ФМ"Дмитрий Куликов и Ольга Подолян.

КУЛИКОВ: Доброе утро, Олег! Понятно, что по твоей специальности в Европе все это происходит. Не можем не обсуждать. Любопытно, что руководитель Каталонской автономии сказал, что "все ясно уже, и в течение 48 часов парламент Каталонии должен объявить о независимости Каталонии". А дальше что, АТО или право на самооборону Мадрида? Что будет вообще?

БАРАБАНОВ: Во-первых, я должен сказать, что мы видели в течение всех этих двух-трех лет, что у нас в России была, не побоюсь этого слова, широкая солидарность с борьбой каталонского народа за свободу и независимость, как бы высокопарно это ни звучало. И я надеюсь также, что 1 октября станет национальным праздником свободной Каталонии – Днем независимости, по аналогии с 18 марта в Крыму.

И здесь действительно две параллели, и об этом тоже много говорили: стереотипно с самого начала "крымской весны" говорили, что Каталония – это "европейский Крым". Но сейчас то, о чем ты сказал, - возможность своего рода АТО и попытки насильственного подавления движения каталонцев за свободу - это может превратить Каталонию в "европейский Донбасс". И здесь выбор между Крымом и Донбассом, мне кажется, является ключевым, и он будет решаться в ближайшие дни. Причем, может быть, не только и не столько в Мадриде, сколько в Брюсселе. Потому что Европейский союз, с одной стороны, постоянно говорит, что "мы не позволим проводить никакие референдумы об отделении, что все, кто отделится, автоматически "вылетят" из Европейского союза, и потом будут долго "вариться в предбаннике" с кандидатским статусом" (этим же пугали шотландцев перед их референдумом, этим же пугают сейчас каталонцев).

Но, с другой стороны, в Брюсселе и в других европейских столицах все больше политиков понимают, что если ситуацию в Каталонии не удастся разрешить мирным политическим путем, то впервые с 1945 года на территории Старой Европы (опять же, это звучит высокопарно, но надо это сказать и напомнить) может возникнуть война. И этого в Брюсселе, я думаю, не хотят. И не случайно вчера, когда мадридский режим ("мадридская хунта" – термин понятный с франкистских времен), проводя полицейское насилие, уже явно показал, что он начал вырождаться в хунту, причем не по франкистскому, а по украинскому образцу. Но вот это вчерашнее насилие "мадридской хунты" показательно было осуждено политиками, прежде всего, из тех стран, у которых есть свои проблемы с территориальной целостностью, где есть собственные движения за свободу.

Полностью слушайте в аудиоверсии.

Подкасты программы "Формула смысла".