Об исламе в Сибири рассказал ведущий сотрудник Экспертного научного центра по противодействию идеологии экстремизма и терроризма Тюменского государственного университета, доктор исторических наук Александр Ярков.

В студии – Евгений Сатановский и Сергей Корнеевский.

ЯРКОВ: Настало время поговорить о том, о чем в свое время Солженицын говорил – «мягкое подбрюшье России», и о том, что может быть и, самое главное, к чему заранее нужно быть готовым. Ситуация, которая проецируется на то, что ожидается, скажем так, летнее наступление опять наших «друзей» из «Исламского государства» (организации, запрещённой в России), которые все-таки не теряют надежду построить это государство в варианте Вазиристана, и поэтому оживают на границе Туркмении, Таджикистана, Казахстана и Синьцзяна те самые экстремистские силы, которые в принципе представляют опасность, безусловно, и для России.

И еще один повод: были две очень показательные конференции, первую из которых проводил в апреле месяце Институт стратегических исследований при президенте Казахстана при поддержке Института «Диалог цивилизаций» Алексея Малашенко, и только что закончившаяся вчера конференция в Бишкеке, посвященная христианству в Кыргызстане. Кажется, какая параллель? А между тем есть опыт прошлого в жизни этого населения, и надо бы снова дать понять, что существуют представления о тарса как христианах в конце Средневековья. И когда ученые нам выдают прекрасный показатель, что, оказывается, уже в одном городе существовал буддийский храм, христианский храм, исламская мечеть, то есть что же нам-то это забывать! Вот это очень важно. То есть опыт прошлого должен работать и на сегодняшний день, и на будущее. Эта – главная обязанность, мне кажется, ученых. А между тем темы-то накапливаются, безусловно.

САТАНОВСКИЙ: Главная обязанность ученых теперь – заполнить формуляры, которые им предоставляет Министерство образования и, с позволения сказать, науки, чтобы если чего провалится, то чиновники могли потрясти бумажками в воздухе и сказать: «А мы все выполнили, согласно регламенту». А вы вот просто про конкретику, прям как во времена Пржевальского и Миклухо-Маклая.

ЯРКОВ: Кстати, Пржевальский был более дальновидным, чем наши чиновники, потому что он работал на перспективу. А когда мы тонем в количестве бумаг и неких показателях, сколько нас публикуют или цитируют за рубежом, то, извините, а где ж ценность научного труда на русском языке?

САТАНОВСКИЙ: Ее нет.

ЯРКОВ: Если статья перетягивает научную монографию, которую ученый может писать 20 лет, то вообще – анекдот.

Полностью слушайте в аудиоверсии.