Самоцензура существует везде, но не у нас она работает более разнообразно

  • 10 Декабря, 2016 г. 20:05
Самоцензура существует везде,...
Самоцензура существует везде,...
Самоцензура существует везде,...

Насколько цензурировано наше кино? Об этом Гия Саралидзе беседовал с кинокритиком Антоном Долиным и политическим обозревателем Дмитрием Куликовым в программе "Долин против" на радио "Вести ФМ".

Саралидзе: Здравствуйте, уважаемые слушатели. В студии "Вести ФМ" Гия Саралидзе. Как всегда, в этой программе Антон Долин, наш кинокритик, кинообозреватель. Антон, приветствую.

Долин: Здравствуйте, друзья.

Саралидзе: Да. И Дмитрий Куликов, тоже наш коллега, политический обозреватель.

Куликов: Всем добрый день.

Саралидзе: Вот так сходимся мы в этой точке. Сегодня хотим поговорить о цензуре. Кино и цензура - такова тема сегодняшней нашей программы. Собственно, она из прошлой нашей программы вытекает очень логично, тем более, что Антон эту тему затронул в прошлой программе. И меня заинтересовала одна его фраза. Он сказал о том, что, говоря о нашей стране, что вот есть там самоцензура, есть такая цензура и так далее, хотя собственно как таковой цензуры, то, что мы понимаем под цензурой, в нашем кино нет. Антон, я тебя правильно понял?

Долин: Абсолютно. Надо, чтобы я еще развил мысль?

Саралидзе: Нет-нет-нет, я хочу...

Долин: Ок.

Саралидзе: Я здесь просто, наверное, соглашусь с тобой. Другое дело, я прикинул вот эту конструкцию, эту мысль на то, что происходит в других странах, в том числе там на Западе, например, в Голливуде. Есть ли там самоцензура у творцов или нет? Ограничивает их что-то, их свободу высказывания, или нет?

Долин: Я попробую ответить со своей стороны. Ну, во-первых, немножко разовью мысль про Россию. Цензуры как института, работающего системно и ограниченного,  и, скажем так, описанной каким-то законом, в России сейчас не существует. Я, однако, уточню. Под цензурой мы, как правило, понимаем цензуру политическую, ну чаще всего. Есть, с моей точки зрения, два института, два, я не знаю, инструмента, два механизма, которые в России работают довольно выборочно и странно, которые заключают в себе зерно возможной цензуры. И являются ли эти институты цензурными, зависит от правоприменения.

Я сразу поясню, что я имею в виду, и речь идет прежде всего о кино. Во-первых, это закон о запрете нецензурной лексики, о мате. То есть, уточню, речь идет о том, что то, что раньше регулировалось возрастным рейтингом, то есть ставилось 18+ - и матерись сколько хочешь, потому что после 18 человек как бы свободен. Сегодня до сих пор есть книги, на которых написано "содержит нецензурную брань", и вот эта книга существует, она выпускается, продается, там внутри есть матерная лексика, а книга продается, ничего. Но в кино фильм, в котором звучит нецензурная лексика, на сегодняшний день просто не имеет шанса получить прокатного удостоверения. То есть ты можешь его снять, но не можешь его показать. По факту это, конечно, цензура. И мне со своей стороны не очень понятно, чем были нехороши 18+ как достаточный ограничитель.

Вторая вещь - это собственно возрастные рейтинги. С ними все время ситуация меняется, и формально они в России (поправьте меня, если вы знаете что-то другое) носят характер рекомендательный, а не запретительный. То есть если это 18+, то это указание родителям, что дети без этих родителей точно на это не могут. Но если я своего ребенка за руку веду на фильм 18+ и могу доказать документом, свидетельством о рождении, что я его родитель, по идее, мне никто препятствовать не должен. И я своих детей так в кино вожу. То есть, например, я считаю, что мой 14-летний сын (просто тогда ему было 13 лет) может посмотреть фильм "Выживший", где из-за сцен жестокости стояло 18+. Я его специально отвел на этот фильм. Но я знаю про другие кинотеатры, что довольно часто такое бывает, что там даже со взрослыми ребенка не пускают, не продают билет. Получается тоже некая цензурная ситуация.

Значит, что касается самоцензуры, это гораздо более сложный разговор, и я бы провел разделение так. Мне кажется, что в мире самоцензура, конечно, существует везде, это вообще дело индивидуальное, это воля и свобода автора. Но в мире самоцензура работает более разнообразно.  ...

Саралидзе: С чем-то я согласен, с чем-то не согласен. Думаю, примерно в таком же состоянии сейчас и Дима Куликов находится.

Куликов: Нет, ну просто, понимаешь, самоцензура - это вопрос нравственного выбора человека. Это когда ему внутренний нравственный закон говорит о том, что должно быть, а что не должно быть.

Полностью слушайте в аудиоверсии.

Изображение предоставлено "Вестями ФМ"