Гость: Константин Симонов, гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности, первый проректор Финансового университета при правительстве РФ. Ведущий – Владимир Аверин.

АВЕРИН: Конечно, интрига – это "Северный поток – 2", и, по мнению очень многих обозревателей, и Макрон, и Меркель не могли не поднимать так или иначе этот вопрос, потому что и французские компании задействованы в строительстве этого газопровода, и немецкие компании уж очень задействованы. Более того, пришла сегодня новость, что в немецком Лубмине начали готовить уже строительную площадку для выхода на берег газопровода "Северный поток -2", значит, немецкая сторона действительно не отступает от своих решений, хотя тоже было такое ощущение, что Трамп выскажет решительное "нет", и европейцы с этим вынуждено согласятся.

СИМОНОВ: Действительно, я думаю, что визиты, которые вы упомянули, довольно важны для нас, и в контексте проекта "Северный поток – 2", потому что не является конспирологией, к сожалению, тот факт, что Соединенные Штаты традиционно выступают против слишком тесных энергетических контактов между Россией и Европейским союзом. Скоро будет д остаточно важная историческая дата – 1 июня 1968 года был подписан первый в истории Советского Союза тогда западный контракт с западной страной. Это была Австрия. Вот, 1 июня 1968 года мы с Австрией подписали газовый контракт, и 1 сентября начались поставки по этому контракту, несмотря на Пражскую весну, несмотря на ввод танков. И, собственно, на самом деле, вообще-то первый контракт мы должны были подписать с итальянцами, но Соединенные Штаты сделали все, чтобы этого не произошло. И вот Австрия оказалась первым государством, которая взяла на себя смелость.

Экономическая выгода была очевидна изначально, а вот политически эту смелость нужно было проявить, но Австрия не входила в НАТО и пыталась сохранить нейтралитет. И вот когда этот прорыв произошел, дальше мы подписали контракт с итальянцами, с немцами, потом начался вот этот проект – Уренгой – Помары – Ужгород и так далее.

Я говорю это к чему? Мы внимательно изучали все эти 50 лет наших газовых отношений, там масса чего интересного, но я, к сожалению, вынужден ответственно заявить, что на протяжении всех этих 50 лет и даже больше, начиная еще со времен Матеи, первого главы ENI, Соединенные Штаты всегда выступали против того, чтобы европейцы приобретали энергоносители в Советском Союзе.

АВЕРИН: А вот здесь я уточню. Это ведь никоим образом не связано с тем, что Советский Союз и США были конкурентами на газовом рынке, это исключительно политические мотивы?

СИМОНОВ: Начнем с того, что Советский Союз и Соединенные Штаты тогда не были конкурентами на газовом рынке, да и сейчас, честно говоря, при наших поставках в 194 миллиарда кубов в Европу. А в этом году, думаю, мы еще поговорим, судя по итогам апреля, абсолютным рекордам, я думаю, в этом году можно прогнозировать – с учетом еще низкого уровня газа в хранилищах европейских, – что можем преодолеть фантастическую, казалось бы, цифру в 200 миллиардов кубов – это вполне реально. Вот, по итогам первых 4-х месяцев, там прогноз пока 198, я думаю, если поднапрячься, на 200 выйдем. Согласен, кстати, вы правильно говорите, много зависит от того, какая в декабре будет погода, но, тем не менее, это фантастический результат совершенно.

Таким образом, тогда мы не конкурировали, Соединенные Штаты и не планировали тогда экспортировать свой СПГ, таких вариантов не было. Я вам даже больше скажу: были проекты даже производства СПГ в Советском Союзе с участием американских бизнесменов. В этом плане американский бизнес, я вам тоже могу массу примеров привести из 70-х годов до рейгановских санкций, когда американский бизнес партнерствовал с Советским Союзом в нефтегазовых проектах.

Полностью слушайте в аудиоврсии.