программа: Уроки истории
03:00, 22 июня 2011

Великая Отечественная война началась по плану

22 июня 1941 года. В этот день ровно 70 лет назад - в 1941 году - началась Великая Отечественная война. Подробности - в рубрике у Андрея Светенко в эфире радио "Вести ФМ".

Если положить на одну чашу весов все вопросы, тайны и загадки, происходившие в тот день, а на другую - все оставшиеся 1418 дней войны - то этот, первый день, перевесит.

Почему Командующий ВВС Западного округа генерал Копец, получив данные радиолокационных станций раннего оповещения, за двадцать минут до появления немецких самолетов в нашем небе, отдал приказ поднять авиацию, но тут же получил окрик из Москвы "не поддаваться на провокации". Почему генерал Воронов, начальник ПВО страны, уже в 3 часа 30 минут, доложив наркому Тимошенко о бомбардировке наших аэродромов, вместо того, чтобы получить приказ дать отпор - получил указание - явиться лично в кабинет наркома, написать все, что ему известно на бумаге, поставить под написанным свою подпись? Да, потому, что как пишет потом Воронов в своих воспоминаниях: "Я понял, что война началась, но в правительстве этому еще не верят".

Фактически, это подтверждают и воспоминания маршала Жукова: "Около пяти утра мы вошли в кабинет Сталина "Немцы бомбят наши города и села". "Если нужно организовать провокацию, - ответил Сталин - ,немецкие генералы бомбят и свои города. Гитлер наверняка не знает об этом. Звоните в германское правительство". Итак, Сталин не верил, даже уже когда война началась. Вот, только "почему". Вопрос остается без ответа.

Всем известно, что о войне объявят по радио только в 12.15. И сделает это не Сталин, а Молотов. Получается, Сталин давал немцам шанс, забрать все ходы обратно. Кстати, о радио. Малоизвестная подробность. В первом, шестичасовом утреннем выпуске новостей Всесоюзного радио было удивительное сообщение. "В Германии произошел военный переворот. Гитлер арестован. Власть перешла в руки Риббентропа". Что это, как не попытка представить нападение Германии как провокацию отдельных "немецких генералов".

Даже в знаменитой Директиве №2, переданной в войска утром 22, несвойственные для военного приказа образность и литературный пафос: "Всеми силами и средствами обрушиться на врага. Но, главное, до особого распоряжения границу не переходить".

Причина колоссальных потерь первого дня войны: во-первых, пленными, во-вторых, боевой техникой - не в готовности. На границе у нас было больше и пехоты, и артиллерии, а самолетов и танков было больше в разы, чем у немцев. Это было не просто внезапное нападение. Нападение, которое Кремль оставил без ответа на протяжении восьми часов. Отсюда последний, риторический вопрос: сколько времени нужно беспрепятственно расстреливать войска, у которых нет четкого приказа обороняться, чтобы нанести им колоссальный урон?