программа: Уроки истории
тема: Разлом
07:35, 17 марта 2017

Первые законы Временного правительства

Этот день - 4 марта 1917 года по старому стилю - стал первым днем в постмонархической истории России. Сказать проще  - новой республиканской государственности - нельзя, потому что будущее политическое устройство страны не было решено. Оно было отложено на будущее впредь до созыва Учредительного собрания и решений, которые там должны были быть приняты. Россия оставалась в неопределенном - временном - состоянии. Отсюда, кстати, и название правительства - Временное, впредь до. Это - уникальный случай в истории. Никогда, ни одна революция, бунт или переворот не заканчивались столь быстро и успешно, и одновременно с этим - столь же неопределенно и туманно. Отсюда и появление в официальных документах эмоционально окрашенных терминов, таких, например,  как "держава Российская". Подробности - в рубрике Андрея Светенко "Разлом" на радио "Вести ФМ".

Это к тому, что Великий князь Михаил, похоже, был не против принять на себя титул императора, но для большей легитимации хотел бы опираться на всеобщее мнение, поэтому, подписывая накануне акт об отречении от престола, он настоял, чтобы в тексте присутствовала мысль о том, что это восхождение может состояться: "Принял я твердое решение в том случае воспринять верховную власть, возложенную на меня волею брата моего, если такова будет воля великого народа нашего, которому надлежит всенародным голосованием в Учредительном собрании установить образ правления и новые законы государства Российского. 

Прошу всех граждан державы Российской подчиниться Временному правительству, по почину Государственной Думы возникшему и облеченному всей полнотой власти, впредь до того, как будет созвано Учредительное собрание. Михаил". 

Новые законы между тем в тот день приняло и само Временное правительство: "Первое. Полная и немедленная амнистия по всем делам политическим и религиозным, в том числе террористическим покушениям, военным восстаниям и аграрным преступлениям.

Второе. Свобода слова, печати, союзов, собраний и стачек с распространением политических прав и свобод на военнослужащих.

Третье. Отмена всех сословных, вероисповедных и национальных ограничений. Замена полиции народной милицией с выборным начальством, подчиненным органам местного самоуправления. Неразоружение и невывод из Петрограда воинских частей, принимавших участие в революционном движении". 

Последнее вызвало оторопь у наблюдательных людей: "Получается, что первым делом революционной армии было заставить обещать, что ее не пошлют больше на фронт, что она не будет больше сражаться. Какое позорное пятно на русской революции!.." 

С другой стороны, обстановка в столице понемногу, но входила в привычное русло. Возобновили работу магазины, некоторые предприятия. Меньше становилось праздношатающихся с оружием в руках солдат и вообще публики на улицах. Вновь назначенный министром иностранных дел Павел Милюков, до этого - лидер оппозиционной кадетской партии, выразил настроение момента такими словами: "В 24 часа я перешел от полнейшего отчаяния к почти полной уверенности".

В чем именно была уверенность, Милюков, правда, не уточнил.