Деофшоризация. Гости Елены Щедруновой в студии радио "Вести ФМ": сопредседатель Центрального штаба ОНФ, президент организации поддержки малого и среднего бизнеса "Опора России" Александр Бречалов и Валерий Фадеев, член Центрального штаба ОНФ, главный редактор журнала "Эксперт".

Щедрунова: Всем добрый вечер! У нас в студии сегодня - представитель Общероссийского Народного Фронта, сопредседатель Центрального штаба ОНФ, президент организации поддержки малого и среднего бизнеса "Опора России" Александр Бречалов. Александр Владимирович, здравствуйте! И член Центрального штаба ОНФ, главный редактор журнала "Эксперт" Валерий Фадеев. Валерий Александрович, здравствуйте!

Говорить будем про деофшоризацию, начнем с этого. Президент России в своем послании Федеральному Собранию заострил внимание на этой теме. Кстати, напомню, что еще год назад ровно в таком же послании Федеральному Собранию он ровно о том же говорил. И поскольку ничего не сделано, сказал президент, я внесу свои предложения. И, собственно, эти предложения и внес. Мы их будем сегодня обсуждать. Начнем с примера, который привел президент. Чтобы вы просто людям объяснили, потому что обыватель не понимает, как это все делается. Президент сказал, что продажа долей в компании ТНК ВР прошла вне российской юрисдикции, хотя, как известно, это российские граждане, и покупатель хорошо известен, одна из крупнейших российских компаний, я бы добавила - государственных. При этом все равно эта сделка, соответственно, и деньги все остались за рубежом. А как такое возможно? И почему, самое главное, это делалось, Александр Владимирович?

Бречалов: Ну, во-первых, надо назвать покупателя, это компания "Роснефть". Это государственная компания. У меня нет ответа на вопрос, почему и как, и кто не знал, и кто знал. Позвольте, знали все. Помимо этого, у компании "Роснефть" есть совет директоров, и сделка должна была быть одобрена, в том числе, советом директоров, и формат этой сделки - где она, какой юрисдикцией будет проводиться. Поэтому это - тот пример, в отношении которого не нужно ломать копья, головы: а что же делать, чтобы так не было. На мой взгляд, все понятно, что нужно делать. Все механизмы были в руках государства абсолютно точно. Здесь те законопроекты, которые сейчас готовятся - меры по раскрытию информацию о бенефициарах и так далее, это, что называется, история не про это. Всего лишь желание, чтобы эта сделка прошла в российской юрисдикции, и, соответственно, налоги были бы уплаченыполучателями выгоды - акционерами ТНК ВР - здесь.

Щедрунова: Валерий Александрович, может быть, дело в том, что покупатель-то, понятно, государственная компания российская, но зато продавцы - физические лица, и они выбирают, в какой юрисдикции проводить эти сделки, и в какой юрисдикции оставлять свои деньги. Уж коли "Роснефть" хотела купить эту долю, то она была вынуждена тогда прислушиваться к воле продавцов? Нет?

Фадеев: Мне кажется, что мы не объяснили части слушателей, о чем говорим. Что значит - продажа? Слушатели не все обязаны в этом разбираться. Просто компания, находящаяся в офшоре - а офшоры дают гораздо больший простор, что ли, для деятельности, чем компании, зарегистрированные в любой национальной юрисдикции. Вот какая-то компания владела акциями компании ТНК ВР, по-моему, она еще чем-то владела. И она продала этот свой пакет "Роснефти". Таких сделок очень много, их тысячи, миллионы сделок. Для чего это делается? Для чего владельцы этого пакета ТНК ВР держали акции не в собственности какой-то российской компании, а в собственности офшорной компании? Это делается для минимизации рисков.

Полностью слушайте в аудиоверсии.