программа: Точка зрения
тема: НКО
20:05, 27 мая 2015

Закон об иностранных агентах принимали бегом, и это напрягает

"Нежелательные организации": как отличить благотворителей от иностранных агентов? Об этом и многом другом Елена Щедрунова поговорила с председателем правления общественной организации "Сопротивление", членом Общественной палаты Ольгой Костиной.

Щедрунова: Всем добрый вечер! У нас в студии - председатель правления Общественной организации "Сопротивление" Ольга Костина. Ольга Николаевна, здравствуйте! Начать я предлагаю с истории вокруг фонда "Династия". История разворачивается... она развивается. Напомню, что фонд "Династия" - это частный благотворительный фонд, который спонсируется нашим соотечественником Дмитрием Зиминым, его собственными средствами, которые, правда, находятся за рубежом. И, похоже, именно на этом основании Минюст включил фонд "Династия" в список иностранных агентов. И вот после этого начались разговоры о том, что Дмитрий Зимин сказал, что он не будет в таком случае фонд финансировать, он никакой не иностранный агент, не государство. Начались выступления очень многих общественных деятелей в защиту фонда. И, с одной стороны, Минюст говорит: извините, мы всего-навсего следуем букве закона, не более того, если что, идите в суд. И, в общем, такое ощущение, что сейчас Дмитрий Зимин просто борется с Минюстом, а Минюст не хочет с ним бороться, а просто отвечает на реплики, скорее, общественности, нежели Зимина.

Как вам кажется, вот этот закон об иностранных агентах - он действительно прописан так, что туда могут попасть и те организации, которые точно таковыми быть не могут?

Костина: Смотрите. Давайте несколько слов предыстории. Как появился этот закон и на волне чего. Во-первых, такой закон есть в целом ряде стран. Аналогичные, похожие законы. Например, в США очень серьёзные меры принимаются для защиты внутренней политики, то есть в Соединённых Штатах... я на самом деле считаю, что просто невозможно никакой зарубежной организации обосноваться там каким-либо образом. Количество препятствий, количество надзора таково, что проще не браться за эту историю. Та же история, кстати, для СМИ зарубежных в США. То есть все регистрируются в ФБР, потому что вы потенциально можете оказать воздействие на американский народ, на умы, на политику и так далее. И эта идея возобладала здесь, в России, после известных событий на Болотной площади и на фоне, соответственно, того, что происходит у наших соседей. То есть понятно, что, наблюдая эскалацию внутри страны, наблюдая трудности снаружи объективные, правительство и государство приняло решение, что защищать собственную внутреннюю политику, собственные интересы необходимо в том числе и вот таким законодательным методом.

Что мне показалось тогда... Это широко обсуждалось. Что напрягло немного в этой истории. Принимали бегом. Вот у нас это часто бывает. То есть до этого несколько лет людям говорили, что давайте как-то систематизируем рынок неправительственных организаций. Давайте им помогать, давайте их поддерживать. А тех, кто, например, имитационной занимается деятельностью или через это ворует, давайте как-то отделять мухи от котлет, но это проходило мимо ушей. И вот когда грянул гром - бегом. Очевидно совершенно, и многие эксперты говорили: "Не до конца выверенный текст. Не до конца выверенные формулировки".

И, конечно, слово "агент". Потому что многие говорили о том, что в восприятии нормального, выросшего в России, воспитанного здесь человека слово "агент" - это шпион. Очевидно. То есть это сразу - ярлык врага. И были разные варианты, каким образом это можно переназвать, назвать. Ещё раз говорю, времени не было, все спешили, поэтому законодатели пошли на таран и приняли в таком виде.

ИЗ ПРОГРАММЫ:

"Если человек финансирует проекты, связанные с политологией, то это - политика?"

"Закон об иностранных агентах надо уточнить".

"Если у вас будет стоять "агент", то большинство граждан России будет вас считать человеком, который пришёл делать майдан. Кто захочет после этого иметь с вами дело?"

"Отношение к нашей стране перестали маскировать под рассеивание демократии. Очень многие западные политики в открытую говорят, что Россия мешает".

"Обороняться надо, законы корректировать нужно, но это должно быть прозрачно и не иметь двояких толкований".

"Параллельно с борьбой с нежелательными иностранными НКО в целом надо развивать свои НКО в России".

"В нашей стране не принято говорить о справедливости приговора с точки зрения жертвы".

"Происходит виктимизация страны. Человек смотрит телевизор и понимает, что если завтра что-то с ним случится и он пойдёт подавать заявление в правоохранительные органы, над ним будут только глумиться".

Полностью слушайте в аудиоверсии.