В гостях у Анны Шафран и Владимира Соловьева Виталий Исаевич Кошкин , президент, ректор Высшей школы приватизации и предпринимательства, заведующий кафедрой теории и практики управления собственностью. Ведущие и эксперт обсудили со слушателями радио "Вести ФМ" острые темы: экономическую платформу кандидатов в президенты, современная экономика России и много другое.

Соловьев: Позволю бестактную точку зрения. Мне просто кажется, что мы несколько обольщаемся понятиями "демократия" и понятием "рынка", потому что с течением времени мы вкладываем слишком разные наполнения в эти понятия. Если посмотреть на Римскую империю времен императора Трояна, то выяснится, что там демократии было больше, чем в современных Соединенных Штатах, вплоть до того, что даже были разные источники печатания денег. Но мы все называем такими красивыми словами, а ведь демократия 30-х, демократия 60-х и демократия 2000-х сильно отличается даже в тех же Соединенных Штатах.

Кошкин: Видите ли, Владимир, надо различать четко, чего не делает никто и в предвыборных своих программах, и вообще на площадях, на митингах - надо различать (это вещи связанные, но они разные) политическую демократию и экономическую демократию.

Соловьев: Бесспорно.

Кошкин: Политическая демократия, ее институты она и в Штатах, и в Европе, к чему мы стараемся догнать, то, что говорят Владимир Александрович и его коллеги. А вот экономической полнокровной демократии, с моей точки зрения, в рыночной экономике нигде не было, и нет сегодня. Почему? Ну, какая может быть демократия, если взять такой хотя бы факт, что когда один процент на Земле населения владеет 90% активов всех или у нас 5% - 95%, какая это демократия? Это определенная модель рыночной экономики.

Соловьев: При этом надо понимать, что рынок и демократия не синонимичны, то есть рынок может существовать и в отсутствии политической демократии.

Кошкин: Это другой рынок. Вы имеет в виду, политическую демократию?

Соловьев: Конечно.

Кошкин: Я говорю сейчас об экономической.

Соловьев: О чем речь. Просто многие настолько путают понятия, что считаю, что одно является чуть ли не близнецом другого.

Кошкин: Вы же знаете, что даже при диктатурах типа чилийской и так далее развитие экономической демократии допускалось. Другое дело, что не было адекватности и потом все приводилось в соответствие. Вообще, любое общество построено на трех ипостасях взаимосвязанных: экономика, политика и ценности - вера, идеология и так далее. Они самостоятельны, но они в единстве, в гармонии образуют как раз общественное устройство. В чем мое различие по отношению к авторам 20 х 20 и по отношению к тому, что делают сегодня Саркози с Меркель, что делает Обама. Я считаю, что на постиндустриальном этапе меняется рыночная экономика, остается. Я повторяю, другой, более эффективной нет, но меняется ее содержание. Меняются ее механизмы. Кстати, на эту тему, я бы сказал, довольно интересно и глубоко рассуждает Владимир Владимирович в своей статье "Об экономических задачах". Там применительно к России есть определенные, очень глубокие, с моей точки зрения, постановки вопроса. Знаете, я сейчас ожидаю вопрос: ему написали. А люди же забывают, что он кандидат экономических наук. Кстати, я как член ВАК читал его работу, он когда еще в Питере был, она ресурсам была посвящена, очень интересная.

Соловьев: Он ее, по-моему, в Горном защищал?

Кошкин: Да-да. Проблема и в нем, естественно, и с точки зрения будущих президентских амбиций, его программы... А проблема в том, что бы надо сделать? Понимаете, у меня все время стоит перед глазами образ Михаила Сергеевича Горбачева. Я его очень уважаю, в том смысле, что он был первооткрыватель и так далее. У него все институты были демократическими - свобода, гласность и так далее. Но решиться на переход к рыночной экономики ему не удалось. Хотя там Петраков известный рыночник-академик у него был помощник и другие люди. Поэтому рухнуло все. У Ельцина в команде было наоборот. Они занялись экономикой, но захотели так, как в Америке, но не получилось. Ну не получилось и не получится. Сегодня я говорю о России. Да, конечно, догонять надо, с точки зрения технического базиса мы отстали, и с точки зрения курса модернизации - здесь все бесспорно и очевидно. Но создание технологического базиса должно функционировать в рамках какой социально-экономической системы? Вот той системы, которая основана на прибыли и на поляризации капитала и труда.

Соловьев: Ну, это когда богатые становятся еще богаче, а бедные еще беднее.

Кошкин: Не только это.

Соловьев: Де-факто, это тот путь, который получается в России.

Кошкин: Да, дело ведь не только в этом. Сегодня во всем мире, в условиях глобализации и транснациональных компаний, и национальных компаний командует крупный капитал. И вся политика, и вся эта демократия настроена на его интересы.

Соловьев: Я могу даже ужесточить, сказать, что сейчас демократическая политическая форма правления напоминает лайковые перчатку, натянутую на железный транснациональный капитал.

 

Аудио выпусков вы можете найти в разделе "Программы", на странице программы "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт".

 

Полностью слушайте в аудиоверсии.