Споры вокруг московской реновации: юридические аспекты. 

Ответственность чиновников за их действия.

Гость Владимира Соловьёва и Анны Шафран в студии "Вестей ФМ" - адвокат Михаил Барщевский.

БАРЩЕВСКИЙ: 20 лет назад этот закон уже был принят. Норма эта кочевала потом из закона в закон, и сейчас она содержится в статьях 4 и 6 закона города Москвы от 31 мая 2006 года "Об обеспечении жилищных прав граждан при переселении и освобождении жилых помещений из жилых домов в  городе Москве".

По этому закону было рассмотрено более 2 тысяч дел в судах за эти годы (это я уже попросил Мосгорсуд дать мне такую информацию). Снесено по этому закону было 1700 домов.

Что сделал по существу Собянин? Вот эти все опросы – это не мы с тобой решаем, сносить или не сносить дом, в котором находится квартира Ани. То есть мы с тобой, два собственника, решаем судьбу третьего собственника. Не надо ее решать! А уже по закону можно снести! Это наше с тобой голосование исключает возможность города снести дом.

Причем, интересная вещь: для сноса дома, для реновации, необходимо две трети голосов. А для запрета на снос дома нужна одна треть голосов. Задумайтесь, да! Для принятия позитивного решения – две трети, негативного – одна треть. То есть получается недемократично, с моей точки зрения, то, что одна треть, выступившая против, может лишить две трети желающих переехать в новые дома.

СОЛОВЬЕВ: В корпоративном праве такое бывает не раз.

БАРЩЕВСКИЙ: Да, правильно! Именно в корпоративном праве 25 процентов – блокирующий пакет. Вот, мы здесь это имеем. Но самое интересное – не это! Самое интересное то, что я неожиданно для себя обнаружил, что этот вопрос уже рассматривался Конституционным судом в 2015 году два раза: 29 сентября – это определение 2123, и, здесь год не указан, еще 419О. Так вот, кто обращался в Конституционный суд, угадай!

СОЛОВЬЕВ: Хованская?

БАРЩЕВСКИЙ: Нет, Навальный!

СОЛОВЬЕВ: Зачем?

БАРЩЕВСКИЙ: Не знаю! Ну как, популярная тема! 2015 год, то есть задолго до реновации оспаривал этот московский закон. И Конституционный суд сказал: "Ребят, все нормально, все конституции соответствует. Москва имеет право, как и любой субъект, по вопросам..." - ну и далее по тексту.

То есть, на самом деле, никакой юридической проблемы здесь нет. То есть, она есть, но, извините, она уже рассмотрена и Верховным судом, и Конституционным судом, и разрешена. И действует это все в Москве 20 лет! И то, что Москва затеяла игры в демократию – я не против, я за демократию в любых ее формах – но они, на самом деле, сами себя поставили в очень сложное положение, москвичи, именно – московская мэрия, устроив эту историю с голосованиями, сама себя ограничила.

А общее мое впечатление от этой истории: сегодня идет движение "А на фига мне это надо?!" И вот, помяни мое слово, сейчас "форточка" закроется для голосования, и где-нибудь через два месяца начнутся массовые демонстрации, митинги...

СОЛОВЬЕВ: "Включите!".

БАРЩЕВСКИЙ: "А почему вы нас не включили?" То есть: "А на фига мне это надо?!" - и через запятую: "А теперь мне!". Мне так кажется.

 

Полностью слушайте в аудиоверсии.

Подкасты программы "Полный контакт"