16:30, 12 февраля 2019

Синдром СДВГ: спорный диагноз с перспективными последствиями

"Синдром дефицита внимания и гиперактивности" – диагноз, который все чаще ставят своим пациентам психиатры в США и Канаде. Это расстройство связано с импульсивностью, гиперактивностью, неумением сосредоточиться на поставленных задачах. Однако описание симптомов у различных исследователей сильно варьируется, что позволяет врачам находить этот синдром практически у каждого человека, кто жалуется на трудности в жизни. А вслед за тем назначается дорогостоящее лечение. Зачастую – препаратами наркотического типа. Более того, эти препараты, которые по всем признакам являются допингом, выписывают и профессиональным спортсменам. Как подозревают эксперты, это позволяет им легально добиваться лучших результатов в своих дисциплинах. Подробности – у обозревателя "Вестей ФМ" Сергея Артемова.

Синдром дефицита внимания и гиперактивности как диагноз поведенческого расстройства впервые появился в медицинском обиходе лет 40 назад. Сразу стоит уточнить формулировки: "дефицит внимания" – вовсе не то, что ребенка просто забыли родители и выросла потом этакая безотцовщина. Это – неспособность человека сосредоточиться на выполнении конкретных заданий или работы, принятие поспешных, необдуманных решений. А вкупе с импульсивным, сверхактивным и порой разрушительным поведением – и называется тем самым синдромом.

Называется, впрочем, не всеми исследователями. Есть ученые, которые сомневаются в его существовании, говорит врач-психотерапевт высшей категории Александр Федорович.

ФЕДОРОВИЧ: Такой синдром, конечно, существует. Некоторые специалисты его ставят под сомнение – и не без основания. Тем не менее он существует, он на слуху. В нашей стране он ни в коем случае не ставится взрослым пациентам, хотя на Западе мы это видим и слышим. Был недавно конфликт на Олимпиаде по поводу американской гимнастки, которая говорила: "Вот у меня это и то" – там выявлены какие-то вещества были.

По тестированиям, проведенным в США лет 10 назад, этот синдром был характерен для 3-5% населения. Причем данные касались всего мира, независимо от расы и достатка респондентов. И цифры эти так бы и остались статистикой, если не бы тенденция резкого увеличения постановки диагноза синдрома дефицита внимания и гиперактивности, сокращенно – СДВГ, в тех же Соединенных Штатах и в Канаде. В поле зрения психиатров все чаще попадают и маленькие дети. В общем-то, это понятно, если среди факторов риска появления синдрома главенствуют курение, алкоголизм матери в период беременности или прием ею наркотиков, кесарево сечение при родах, низкий – на четверть от нормы – вес при рождении. А кроме того – заболевания с высокой температурой в первые полгода жизни младенца. Жаропонижающие препараты тоже могут действовать на мозг и спровоцировать синдром. Ну, а тот факт, что масса детей сейчас погружена в смартфоны и планшеты и обладает так называемым клиповым мышлением, только обостряет проблему.

Но что происходит дальше? Медики говорят родителям: характерный признак синдрома у детей – пренебрежительное отношение к любой собственности; они не понимают стоимости вещей и ценности материальных благ. Малыши могут разбивать посуду и разрисовывать стены фломастером сразу после ремонта, подростки – проявлять вандализм в обществе и заниматься воровством или терять нужные в обиходе предметы: ключи, кошельки, одежду, те же гаджеты, а взрослые – например, брать непосильные кредиты. В общем, вы хотите такое чадо со всеми вытекающими последствиями? Родители не хотят. И соглашаются на лечение.

А лечение может быть разным, продолжает Александр Федорович. В российской практике как основная методика приняты психокоррекция и психотерапия.

ФЕДОРОВИЧ: Считается, что это – не совсем вопрос медицины, а больше вопрос психологии или психофизиологии. Речь идет о том, что ребенок, находясь в сложной психологической ситуации и имея некую генетическую предрасположенность к лабильности нервной системы, может вести себя трудноконтролируемо. Поэтому занимаются этим вопросом детские психологи и неврологи. Считается, что если по прошествии какого-то времени эта клиника сохраняется, то выставляется другой диагноз. Если эта клиника меняется, то этот диагноз как синдром отменяется, и думаем тогда о чем-то другом.

Но иногда и коррекционные методы не помогают. Приходится прибегать к лекарствам. И они тоже существенно разнятся друг от друга, отмечает Александр Федорович.

ФЕДОРОВИЧ: На Западе используют психотропные препараты для лечения этих состояний. Мы тоже пользуемся препаратами соответствующими, но мы делаем ставку не на психотропы, а на вещества, которые укрепляют нервную систему, улучшают метаболизм, то есть обменные процессы, вегето-стабилизирующие. Но у нас все это называется симптоматическим лечением, а не целевым.

Целевое же лечение – это препараты, в которых соединены амфетамин и метилфенидат. Оба компонента запрещены к любому обороту во многих странах мира. В том числе и в России. Но в США их может выписать врач, если установит наличие синдрома у пациента. И, чтобы успокоить родителей, и детям тоже. Ограничение действует до 3-летнего возраста. Старше – можно.

Одна упаковка – 30 таблеток; двухнедельный курс стоит 300 долларов. Да, страховые компании покрывают большую часть затрат. Но в аннотации к этим препаратам сказано, что стойкий эффект выздоровления можно проследить после года приема. А полис на год следующий отсюда будет куда дороже – страховщики возьмут свое.

Куда активнее врачи рекомендуют лечение взрослым. Студентам рекомендуют пить таблетки для лучшей успеваемости, старшим специалистам – для повышения производительности труда. Тем паче, что размытость симптомов может напугать любого несведущего. Человек вернулся из отпуска, вспоминает теплые моря, и ему грустно на рабочем месте. Налицо вроде бы краткая депрессия. Но врач убеждает: "Уважаемый, у вас – типичная картина СДВГ. Вот рецепт – срочно в аптеку!". И выходит на круг, что рынок антисиндромных препаратов только в США достиг уже 15 миллиардов долларов. Неизвестные, но не меньшие порой суммы люди тратят, чтобы избавиться в будущем от наркотической, по сути, зависимости.

Александр Федорович упомянул скандал с американской гимнасткой. Симона Байлз, так ее зовут, скандал этот пережила. И золотую медаль в многоборье по женской спортивной гимнастике на Играх в Рио 2 года назад у нее не отобрали. Хотя допинг-проба на запрещенный метилфенидат оказалась положительной. Но Симона предъявила справку – у нее диагноз синдрома поставлен с детства. Ничего не поделаешь – пьет таблетки она по жизненным показаниям. А как влияет этот блокиратор усталости на ее спортивные показатели, Симона предпочитает не упоминать всуе.