Россиянам разрешат убивать преступников, вторгшихся в их дом.  Гость: Сергей Гринин, председатель общественной организации "Гражданская безопасность".

Ведущие "Вестей ФМ": Юрий Богданов и Ольга Подолян.

Богданов: Сергей Михайлович, обычно мы с вами говорим про легализацию короткоствольного оружия, вы выступаете ярым сторонником этого шага. А в этом часе, я думаю, что эту тему нам избежать не удастся никак, и об этом тоже поговорим, но вообще поводом для нашей беседы стала очередная законодательная инициатива. В Госдуме обсуждают американскую "Доктрину крепости", которая расширяет возможности для самообороны. Насколько я понимаю, речь идёт о том, что если в дом кто-то проник, залез преступник, сосед за солью пришёл, бывшая жена за вещами вернулась...

Подолян: Бывший муж.

Богданов: Ты можешь фактически этого человека убить.

Гринин: Ну, во-первых, не надо считать наших сограждан кровожадными, которые только и ищут повода кого-то убить.

Подолян: Но такие же тоже есть.

Гринин: Такие тоже есть, но их подавляющее меньшинство, их штучно. На сегодня подавляющая ситуация - с точностью до наоборот. Если к вам в дом проник преступник, и он не явно вам угрожает, а, например, просто выносит ваши вещи, вы не имеете право ничего с ним сделать. Вот по сегодняшнему законодательству.

Подолян: То есть только позвонить в полицию.

Гринин: Да, вы можете позвонить в полицию и ждать, когда приедут.

Богданов: Подождите, что значит ничего? Ну, попробовать обезвредить же его можно?

Гринин: Ну, попытаться, конечно, можно. Но применить к нему реальную силу, а тем более оружие, вы не можете. Нет непосредственной угрозы жизни. А для защиты имущества, если угрозы жизни нет, стрелять на поражение вы никак не можете. То есть вы можете спровоцировать нападение на вас, после чего защищаться. Вот такой хитроумный вариант. "Доктрина крепости" - она совершенно правильная, причём давайте отметим, что она работает не только в Америке, на которую часто ссылаются, но и в некоторых странах нашего постсоветского пространства. Далеко не будем ходить - Украина. В уголовном кодексе чётко прописано: при противоправном проникновении в жилище, а также вооруженном, либо групповом нападении, оправданно применение по нападающим огнестрельного оружия либо иных предметов, независимо от тяжести последствий. Вот такая хорошая законченная формулировка. А беда, правда, та же, что и у нас.

Богданов: Какая?

Гринин: Таки сажают. Независимо от того, что такая хорошая формулировка...

Богданов: То есть доказать, что человек был нападавшим, скажем так, достаточно сложно. Он же наверняка скажет, что просто так зашёл.

Гринин: Ну, при правильном раскладе он ничего не скажет. Другое дело. Что доказывать должны не вы, если сходить из презумпции закона и законности, доказывать должны не вы. Доказывать должно обвинение. У нас в Уголовном кодексе чётко прописано понятие презумпции невиновности. Все неустранимые сомнения должны, по закону, трактоваться в пользу обвиняемого. Это у нас, увы, не работает. У нас де-факто, не де-юре, презумпция виновности. Если есть труп, кто-то должен сесть. Тянется с советских времён, никак не переигрывается до сих пор, и все случаи, когда удаётся защищающегося оправдать, они в основном относятся к громким делам. Либо к адекватному следствию. Вот на этапе следствия, я знаю, что достаточно много дел адекватно расследуются, закрываются в рамках 37 статьи УК, списываются в архив в связи с отсутствием состава преступления. Вот вы упомянули слово убить - оно юридически некорректно. Если вы кого-то убиваете, юридически, значит, вы совершаете виновное деяние. Вы убийца.

Полностью слушайте в аудиоверсии.