Внутриполитические решения Владимира Путина. В студии – Сергей Михеев и Сергей Корнеевский.

МИХЕЕВ: Этому посланию предшествовала очень такая, скажем, трудная, в первую очередь для министров экономического блока, дискуссия.

КОРНЕЕВСКИЙ: Трудная дискуссия... С президентом?

МИХЕЕВ: Ну, в том числе, да.

КОРНЕЕВСКИЙ: Ну, тогда понятно, куда шла эта дискуссия. В любом случае.

МИХЕЕВ: Да. Этому предшествовала довольно трудная дискуссия, и, в общем, на самом деле финансово-экономический блок конечно, как ему и положено, он упирался всеми руками и ногами. Но было принято политическое решение. И я считаю, что это решение было принято правильно. Правильно. Потому что я много раз здесь говорил о том, что если бухгалтерский подход будет превалировать над всем, тогда самый лучший вариант: все деньги в одно место, а к населению относиться, как к персоналу компании частной – оптимизировать его, увольнять как бы, отправлять, куда подальше и так далее, и так далее. Но государство – это не частная компания, из неё нельзя уволить людей. Например, в компании ты говоришь: «Вы знаете, урезается зарплата. Все недовольные могут уволиться». В государстве вы не можете уволить часть населения. Поэтому вот такие, знаете, бухгалтерские подходы к управлению страной, тем более такой, как Россия, они не подходят. Все эти разговоры про рыночную логику и прочее, прочее – они могут быть адекватными до определённого уровня, до определённой красной черты. И в данном случае необходимо было сделать достаточно такой волевой политический шаг, потому что всё-таки управление государством, тем более, ещё раз говорю, таким сложным, как Россия, это не только управление экономикой. Да экономика – это крайне важно, но экономика и политика – это не одно и то же, это не знак равенства. Вот говорят: политика – это экономика. Это ложь. Это не только так. Политика, а тем более управление государством – это гораздо сложнее экономики. Экономика – одна из частей этого управления, одна из частей политики, но знающая своё место, не занимающая позицию идола, на которого надо молиться. Поэтому, насколько я знаю, по крайней мере, Путин принял политически важное решение и под это решение надо будет найти деньги. Эти деньги есть на самом деле. Эти деньги они как раз будут взяты из этой кубышки, в конце концов, она там достигла уже 7-процентного размера общего продукта, поэтому можно при сохранении стабильности финансовой системы вкладывать эти деньги в социальное развитие, инвестировать их в экономику и так далее. Это давно надо было сделать. Об этом давно уже велась дискуссия. Но вот сейчас это политическое решение принято, хотя министры, которых вы упомянули, насколько я понимаю, ну так вот, были серьёзно против.

КОРНЕЕВСКИЙ: На самом деле... а представляете, Сергей Александрович, что говорят? Вот этих 2-2,5 триллиона рублей на социальные расходы, ведь только за этот год с помощью повышения НДС наш бюджет заработал эти 2-2,5 триллиона рублей лишних денег. То есть денег на самом деле очень много свободных, их просто зачем-то закрыли и не дают.

МИХЕЕВ: А закрыли и не дают их, в том числе, потому что, вот знаете, в какой-то момент вот эта финансовая логика она стала превалировать, потому что это и есть логика бухгалтера. Это есть логика банкира.

КОРНЕЕВСКИЙ: То есть такой Плюшкин.

МИХЕЕВ: Закрыть да не давать.

КОРНЕЕВСКИЙ: Собирает, собирает...

МИХЕЕВ: Закрыть, чтобы они были, так сказать. «Там царь Кощей над златом чахнет».

КОРНЕЕВСКИЙ: Да. Но чахнет-то он, а получается, чахнем-то и мы все.

МИХЕЕВ: Да, да. Ну так вот, а здесь наоборот: «Здесь русский дух, здесь Русью...

Полностью слушайте в аудиофайле.