"Офшорные разоблачения". Роль адвоката в процессе. Гость - Михаил Барщевский, доктор юридических наук, заслуженный юрист Российской Федерации.

Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.

Соловьев: Михаил Юрьевич, расскажи нам по поводу панамских бумаг, по поводу офшоров, прокуратура наша начала проверку. Как это все понимать? Что хорошо, что плохо? Где преступление?

Барщевский: Давай начнем по порядку. В 2007-2008 годах пошла мировая тенденция на прикрытие офшорных зон. Начали ее не мы. Начали ее американцы, потому что там за год уехали два миллиона миллионеров - в оффшорные зоны перерегистрировались, чтобы не быть налоговыми резидентами, то есть те страны, где очень высокие социальные расходы и военные расходы, и напряженность с бюджетом, они вдруг сообразили, что их граждане что-то много денег не доплачивают в бюджет. А где они не доплачивают в бюджет деньги? Они не доплачивают в бюджет, потому что их бизнес зарегистрирован в офшорах. И американцы начали эту кампанию, которая с радостью была поддержана практически всеми странами, поскольку всем хочется денег.

Это потихонечку шло, одни офшорные зоны закрывались, одна офшорная зона - Кипр - вообще медным тазом накрылась в силу ряда причин, и люди переводили деньги.

Что касается вообще офшоров. Это традиционная нормальная схема ведения бизнеса - минимизация налогов. Это разумно. Пока это не противозаконно, это разумно. И вот это все расследование, 160 тысяч офшоров, оно само по себе, казалось бы, не должно было вызвать никакого интереса, если бы не... Вот это "не" все и ждали, когда было анонсировано, все ждали: ну, сейчас нам расскажут, и в основном про нас.

Соловьев: Михаил Юрьевич, давай сделаем небольшую паузу. Офшоры - это не только налоги. Я просто хочу, чтобы люди понимали. Во-первых, гигантское количество офшоров на территории Соединенных Штатов регистрируется, в частности, в штате Делавэр. И не только. Второй момент - вот ты идешь, например, в страну, в которой левая судебная система, которой ты не веришь. Ты понимаешь, что ты не хочешь, чтобы у тебя компанию тупо отобрали, поэтому ты идешь через офшор. Вопрос юрисдикции.

Барщевский: Вопрос юрисдикции, применимого права.

Соловьев: Зачастую это защита от бесправия.

Барщевский: До недавнего времени, пока не внесли поправки в Гражданский кодекс, наше гражданское законодательство вообще не подразумевало возможность развития бизнеса. Поэтому выбирали юрисдикцию других стран не потому, что хотели своровать или сэкономить.

Соловьев: Потому что не хотели, чтобы у тебя тупо отобрали компанию.

Барщевский: И еще, чтобы отношения между акционерами строить так, как мы договорились, а не так, как нам предписано. Много вещей, как ты правильно заметил, и не связанных с экономией налогообложения. И ждали мы после анонса Пескова, что вот сейчас будет вброс.

Соловьев: Всех лопнут.

Барщевский: Да, всех лопнут. Я посмотрел. И то, что я увидел, это называется "гора родила мышь". Ну, ни о чем. Просто ни о чем. По крайней мере в пределах того, что я прочитал и увидел. Если есть где-то указивка на кого-то из наших чиновников или депутатов, то эта указивка не по факту, а по предположению, по принципу: не исключено. Но в праве понятия "не исключено" не означает "доказано". Странно было бы, если бы все россияне, которых касался запрет на офшоры, я имею в виду чиновники, депутаты, это же вообще иностранный финансовый документ, чтобы никто этого не нарушил. Люди - есть люди. Понятно, что кто-то это нарушает. Кого-то когда-то выявляла комиссия Иванова, то увольняли мы сами, сейчас, наверно, тоже чьи-то головы падут. Но вот от того, что ждали такого эффекта, на меня не произвело.

Полностью слушайте в аудиоверсии.

Смотрите видеотрансляцию из студии "Вестей ФМ"