15:09, 31 октября 2015

С Airbus в Египте произошло что-то внезапное, и в этом будут разбираться

Ассоциация туроператоров России уже начала вместе с уполномоченными ведомствами формировать списки пассажиров пропавшего аэробуса. Об этом сообщила исполнительный директор ассоциации Майя Ломидзе. Она отметила, что информация об авиакатастрофе подтвердилась, на борту были более 200 человек, они летели из Шарма в Санкт-Петербург. С подробностями для радио "Вести ФМ" - вице-президент Федерации любителей авиации России, заслуженный летчик-испытатель Советского Союза Виктор Заболотский.

"Вести ФМ": Виктор Васильевич, какой вывод? Самолет вылетел в 6 утра, при этом сейчас приходят данные о том, что в районе Синайского полуострова обнаружены его обломки. Говорить о том, что он пропал с экранов радаров, начали спустя четыре часа после вылета, то есть достаточно поздно. При этом пропал он через 23 минуты Что это все может значить?

Заболотский: Во-первых, самолет вылетел вроде по расписанию, все, так сказать, нормально. 23 минуты - это достаточно для того, чтобы набрать эшелон и перейти в крейсерский режим. Дальше, в общем-то, собственно полет по маршруту должен бы быть, но вот он пропал со связи и пропал с радаров. Тут вот еще информация поступила одна очень интересная, есть такой сайт Flight Radar 24, где распечатка идет о том, что этот борт уже начал снижаться, там полторы тысячи потерял метров перед тем как пропасть с радаров, то есть что-то там на борту произошло, похоже.

"Вести ФМ": Но было еще сообщение о том, что борт снижался со скоростью 1800 метров в минуту. Это о чем говорит?

Заболотский: Это падение уже, это не снижение, потому что это даже не экстренное снижение. Экстренное снижение - там где-то порядка 40-45 метров будет для этого борта. С такой скоростью самолет может только разгоняться, будем так говорить, а дальше может произойти разрушение само по себе. Потому что наверху, он когда находится наверху, на крейсерском режиме, он и так идет практически ну не на предельной массе, но по крайней мере близко к предельному. А дальше если он будет, это не расчетный режим полета.

"Вести ФМ": Скажите, пожалуйста, опять же один источник, но все тиражируют эти слова, что экипаж самолета жаловался на проблемы с двигателем, при этом Шарм-эль-Шейх - это техническая база, база обслуживания. Могли выпустить самолет в рейс, особенно после жалоб пилотов, что что-то с двигателем, не убедившись в том, что все исправно и все в порядке?

Заболотский: Сейчас можно по-разному тут рассуждать. Что значит неисправность двигателя? Может быть, там лампочка не горела какая-нибудь, и это одна вещь. А другое дело, когда это ограничено безопасностью полета. Но я могу сказать, что вообще немножко в гражданской авиации здесь многие лукавят. Компания небольшая, ей нужно как-то выживать. Поэтому, возможно, там тоже что-то такое, были какие-то замены там агрегатов и прочие ремонты. Потому что информация про полет поступает, если ее собрать воедино, тогда была бы уже более-менее цельная картина, а пока что она вся разрозненная очень.

"Вести ФМ": Да, Виктор Васильевич, но традиционно ведь, ну по крайней мере так получается и так эксперты говорят, что все какие-то катастрофы с рейсами случаются на взлете либо на посадке. А здесь, судя по всему, самолет уже набрал вот эту крейсерскую высоту, и как раз там вот эти 9 тысяч метров, которые он набрал, об этом и говорят. И вдруг что-то на этой высоте случилось. Такое бывает?

Заболотский: Оно может в любом полете везде, в любой момент, так сказать, произойти, какая-то техническая неполадка или что-то еще. Другое дело, сам по себе крейсерский режим, он не представляет никакой сложности, это обычный полет по маршруту, но в установившихся режимных работах двигателя, оборудования и всего остального. Тогда уже в принципе и ремни-то расстегнулись на пассажирах, поэтому уже, так сказать, спокойный достаточно полет должен быть. Другое дело - что-то произошло внезапно, вот это уже надо думать - что это такое. Сейчас скорее всего будет в первую очередь брошено, понятно, что на поиски останков людей, которые там были, но в то же время будут искать те аварийные самописцы, которые на борту, бортовые самописцы, потому что действительно надо понять, что это такое произошло.

"Вести ФМ": Виктор Васильевич, я все-таки хотела бы вернуться к своему вопросу. Еще раз повторю, Шарм-эль-Шейх - это базовый аэропорт технического обслуживания. То есть это не просто так - прилетели, забрали пассажиров, вернулись назад. То есть там действительно могли оказать какую-то помощь. Вот эта диагностика, которая делается все-таки не в родном аэропорту, но в аэропорту, который оказывает техническую поддержку и техническую помощь, они могли, скажем так, провести такую диагностику, чтобы понять, что борт нельзя выпускать? Или это такая, довольно поверхностная, как вы говорит, ну вот лампочка не горит - ну вот тут мы новую ввернули... Я, конечно, примитивно, все это излагаю. Загорела - и пошло. И то, что самолет был, скажем так, пользованный довольно серьезно. То есть вот этот аэропорт технической поддержки - насколько тщательно там службы проверяют самолет перед выпуском в полет?

Заболотский: Дело все в том, что вот на таких бортах проверить исправно или не исправно оборудование, в общем-то, не составляет никакого труда. Значит, потому что это все делается, будем так говорить, уже фактически на компьютерах, и подсоединяется к нему, и поехала вся информация на землю. Другое дело - кто принимает решение на выполнение полета. В данном случае принимает решение командир. Если он говорит, что меня это устраивает и я, так сказать, могу безопасно долететь, то тогда это будет. Но я боюсь, что многие этим пользоваться начали, так сказать, в компаниях. Потому что - что значит остановить борт и задержать пассажиров? Это же потери для авиакомпании. А потери, вы сами знаете, как это все сейчас происходит, накапливаются долги и прочие, и дальше начинают с вами расправляться всеми доступными способами.

"Вести ФМ": Но я так понимаю, что в аэропорту тем не менее должна оставаться документация. Если они говорят, что вот мы предупредили пилота, а командир экипажа принял собственное решение. Но аэропорт не сообщает о том, что были какие-то проблемы и что пилот принял на себя решение лететь.

Заболотский: Нет, аэропорт не может вам запретить или разрешить.

"Вести ФМ": Нет-нет, они могли хотя бы сказать, что были проблемы, и пилот принял решение о вылете.

Заболотский: Нет, пилот знает уже заранее. Когда он прилетает, он уже знает, что у него, так сказать, произошло. Потому что в данной ситуации на борту любой отказ, он сразу же, так сказать, фиксируется и показывает, что у вас отказало то-то, или происходит там завышение параметров, или что-то еще там дальше происходит. Пилот уже знает, потому что это ему идет непосредственно сообщение прямо фактически от систем самолета. Потому что это все сейчас автоматизировано, и любой, так сказать, отказик, маленький даже какой-то, или завышение и занижение параметров сразу же моментально фиксируется на борту. То есть пилот знает. Другое дело - насколько это накопилось, этих отказов, какие отказы. Потому что ведь, вы знаете, одна пчела не причин вам никакого, так сказать, вреда, а если их штук сядет на вас, то считайте, что это будет ой-ой-ой. Поэтому и система такая здесь.

"Вести ФМ": Виктор Васильевич, возвращаясь все-таки к самому этому самолету. Аэробус А321. 18 лет этому аэробусу. Некоторые эксперты говорят о том, что не бывает старых самолетов. Если он летает, значит, он в состоянии летать, значит, он не старый, он нормальный. Вы согласны вот с такой позицией? 18 лет для самолета А321 - это как?

Заболотский: Я из таких же экспертов. Потому что не бывает старых или молодых самолетов. Бывает самолет достаточно давно изготовлен, но бывает либо исправный самолет, либо неисправный самолет. Если у него установлен ресурс, если он находится в рамках, так сказать, эксплуатационных - по двигателю, по борту, по шасси, по закрылках, по всему, то в данной ситуации он может работать и летает, и продолжает. Если же появились какие-то, так сказать, неполадки - те, которые влияют на безопасность полета, то этот борт останавливается.

"Вести ФМ": Правильно ли я понимаю, что теперь будут проверены, во-первых, весь аэропарк компании "Когалымавиа", а компания Airbus будет проверять все самолеты этого типа, я имею в виду А321.

Заболотский: Значит, прежде всего надо установить причину. Первое сначала - в чем дело. Потому что пока не понятно, что же произошло с бортом, естественно, ковырять там, где ничего нет, это непонятно, значит, где копать-то, вот в каком месте. Поэтому нужно прежде всего приложить все силы для того, чтобы выяснить первопричину. Дальше потихонечку надо уточнять это все. Конечно, борты все эти будут осмотрены, все документы на этом борту, этого борта будут рассмотрены: когда он ремонтировался, какие узлы, какие агрегаты были использованы, когда, сроки годности - все это будет исследовано. Исследованы будут сами летчики - когда проверялись, сколько выполняли полет, сколько отдыхали. То есть целая масса, это большущая, огромная работа. И это все, конечно, будет проведено. И дальше будут уже какие-то выводы. Потому что если это отказ матчасти, и повлияло это, так сказать, на этот полет, то это одна вещь. Тогда, конечно, все будут борты остановлены. И мало того, если там появилась действительно очень большая проблема, у нас были такие вещи, у нас, допустим, помню, когда Ту-124, их все распилили после этого, после того, когда была катастрофа. Ан-10 тоже так же были в свое время распилены, потому что нельзя было на них летать, нашли трещины, и поехало там остальное все. Так что вот здесь вот будут исследования, а потом после этих исследований уже приниматься меры дальше.

Список пассажиров, летевших в самолете компании "Когалымавиа", по данным "Лайф Ньюз">>

МЧС открыло горячую линию для родственников пассажиров упавшего в Египте российского авиалайнера: 8-800-100-20-01, (812)299-99-99.