Сербский генерал Младич работал на стройке и жил в деревне под чужим именем, скрываясь от спецслужб, которые много лет вели за ним охоту. После ареста в СМИ попали новые подробности его задержания. Бывший генерал был вооружен, когда за ним пришли военные, но не стал его применять, согласившись сдаться властям. Сейчас решается вопрос о выдаче Младича Гаагскому трибуналу, где его обвиняют в массовом убийстве мирного населения в период гражданской войны в Югославии. Подробности – в материале корреспондента "Вестей ФМ" Николая Осипова.

Постаревший и похудевший Ратко Младич – таким его увидели на фотографиях, сделанных после ареста генерала. В Гаагском трибунале давно ждут генерала. Он был последним из таких крупных фигур, за которыми охотились спецслужбы. Лидера боснийских сербов Радована Караджича арестовали в 2008. Он скрывался от преследования, полностью изменив внешность и занимаясь целительством. Ратко Младич просто выехал из Белграда в деревню и работал на стройке. Сербские СМИ нашли тех, кто жил с ним рядом и знал его под именем Милорада Комадича. Многие замечали его сходство с известным генералом, но до сих пор не знали, что это на самом деле он и есть. Но некоторые эксперты почти уверены, что те, кому надо было знать, где находится Младич, и так это знали. Просто до поры он не представлял интереса для тех, кто его искал, полагает руководитель Центра политических исследований Института экономики РАН Борис Шмелёв.

"Искать его и не нужно было, потому что те, кому полагалось это знать, знали, где он. И ничего неожиданного в аресте Младича нет, просто ждали момента. Ситуация связана с тем, что выдача Караджича и Младича была одним из условий начала переговоров о возможности вступления Сербии в ЕС. Это было жёсткое требование со стороны ЕС. В этом плане политический истеблишмент Сербии разделился", – утверждает Шмелёв.

Разделение общества уже дало о себе знать прокатившимися по Белграду митингами в защиту генерала. Пока немногочисленными. Скорее всего, раскол общества не будет слишком глубоким, главным образом потому, что Младич – это уже достаточно отдаленная история, убеждены политологи. Но то, что для одних он – военный преступник, для других – герой, а для третьих просто средство для попадания в Евросоюз, очевидно. Правда, дверь в ЕС только приоткрылась, и даже сдача Младича пока не позволяет рассчитывать на быстрое решение этого вопроса.

У Гаагского трибунала много обвинений в адрес Младича. С 90-х годов накопилось десятка полтора пунктов. Самые серьезные касаются военных действий в бывшей Югославии, в частности, блокады Сараево, когда погибли тысяч людей, а снайперы из армии Младича обстреливали город, и события в городке Сребреница, где жертвами сербских военных стали более 7 тысяч жителей. Международный трибунал квалифицировал это как геноцид. А с учетом того, как в суде принимали других сербских лидеров, исход процесса многим кажется вполне предсказуемым, считает доцент кафедры европейской интеграции МГИМО Александр Тэвдой-Бурмули.

"Конечно же, относительно будущего Младича есть определенная уверенность, но не полная, поскольку конкретика приговора еще непонятна. Скорее всего, он будет осужден и, скорее всего, процесс продлится не менее полутора лет", – рассуждает эксперт.

Сам Младич не раз высказывался относительно предвзятости к своей персоне в частности и к сербским лидерам вообще, намекая на многолетнюю информационную кампанию, развернутую против них. В одном из интервью он спрашивал: "Почему люди из CNN снимали меня с мусульманским ребенком на руках, когда я выходил из Сребреницы, но затем эти кадры никогда не были показаны? Жесты доброй воли сербов никогда не протоколируются", – резюмировал генерал, считая, что ответственность за войну навсегда возложили на них. И сейчас он, вероятно, многое сможет сказать, но по примеру процесса над другими сербскими лидерами вряд ли ему есть на что рассчитывать, оценивает шансы генерала Александр Тэвдой-Бурмули.

"Он сможет противопоставить то, что не только сербская сторона совершала военные преступления в этой войне, но основную охоту развернули именно на сербских фигурантов. С другой стороны, мы ж знаем, что и некоторых хорватов выдали Гааге, так что это обвинение, скорее всего, будет отброшено и его серьезно не рассмотрят. Накопилось довольно много свидетельств конкретных военных преступлений, совершенных армией Младича, и не думаю, что у него есть какая-то эффективная линия защиты, которая может этому противостоять", – говорит Тэвдой-Бурмули.

Состояние здоровья Младича, судя по данным, которые поступают из Белграда, неважное. Во время задержания при нем нашли много лекарств, говорят, что у него парализована рука. Трудно предположить, как Ратко Младич перенесет и арест, и последующий процесс, который, вероятно, будет долгим. Уже сейчас заочно эксперты готовы предугадать исход дела. И он вряд ли будет в пользу Младича, рассуждает Борис Шмелёв.

"Гражданская война в Боснии привела к гибели огромного количества людей – и сербов, и хорватов, и мусульман. Но надо признать, что больше крови пролито со стороны сербов. И ответственность за все эти "злодеяния" – и политические, и организационные – несет в том числе и Младич. И наказание может быть для него очень суровым. Думаю, что от 20 лет до пожизненного заключения", – думает Шмелёв.

Возможно, сам Младич готов к любому исходу. Он спокойно воспринял факт своего ареста. В момент задержания был вооружен, но он не стал стрелять, заметив потом, что не хотел убивать мальчишек, которые пришли за ним, чтобы отдать Гаагскому трибуналу. В адрес Гааги Младич всегда отзывался с крайним неприятием, говорил, что готов предстать перед любым судьей, но только вместе с теми генералами, которые бомбили Вьетнам и Югославию. Возможно, теперь эти слова вновь прозвучат, но уже в зале суда, где Ратко Младичу придется противостоять трибуналу, который охотился за ним почти 16 лет.