Берлин выступает против ужесточения существующих антироссийских санкций и введения новых в связи с инцидентом в Керченском проливе. В студии "Вестей ФМ" Алексей Мартынов. и Владимир Аверин.

АВЕРИН: Вот если говорить о выходе, о такой безусловной поддержке Украины, с которой мы сталкивались все эти годы уже, она заканчивается что ли?

МАРТЫНОВ: Ну, не то, чтобы… Здесь же игра-то не про Украину, собственно говоря.

АВЕРИН: Конечно. Но это хороший повод.

МАРТЫНОВ: Да. И в первую очередь Германия и другие европейские страны крайне заинтересованы в завершении известного проекта – "Северного потока-2" – по доставке российского газа в Европу. Дешёвого российского газа в Европу. Дешёвого для европейцев. А американцы, Трамп, вообще не стесняясь, прямо об этом говорит. Говорит, что я вас заставлю покупать дорогой сжиженный американский газ, и нечего покупать этот русский. И, собственно, вокруг этого вся история. Обратите внимание, две разные реакции. Европейцы вдруг, протрезвев от этого морока, говорят вполне здравые вещи, что ну, не нужно здесь вообще ничего накручивать, а их американские партнёры сегодня исполняют этот дивертисмент рядом с заливом Петра Великого. Когда там, как говорят военные, в крайне рискованной близости прошёл американский военный корабль по границе российских территориальных вод. Естественно, он был там сопровождён необходимым образом. Они об этом тут же громогласно в американских СМИ сообщили, что мы вот русским показали, кто на море хозяин! Хотя, как мы понимаем, там километров 150 до побережья было. Ну, понятно, что это такая нейтральная вода, но ближе к российской границе.

АВЕРИН: Ну, демонстрация, конечно, очевидная.

МАРТЫНОВ: Да, ну, демонстрация. Но вот две реакции, понимаешь? Одна реакция соответствующая, другая вот – мы себя ведём, как украинцы, да? То есть не украинцы сегодняшние ведут себя, как американцы, а наоборот, понимаешь? Американские военные ведут себя, как их украинские коллеги. Ну, что? Можно только их с этим поздравить, так сказать, с таким прогрессом, да?

АВЕРИН: Ну, поздравить-то конечно можно, но всё равно, когда идёт такая игра демонстраций, игра мускулов, есть… У меня как у идеалиста, как известно, есть надежда, что при этом голова – мозг – всё-таки работает и отчётливо осознаёт границы, вот пределы, до которых можно ещё как бы так петушиться, наскакивать, вот там 150 километров…

МАРТЫНОВ: Да, а то можно и получить, да.

АВЕРИН: …А когда уже нет. И каждый раз, когда я читаю какие-нибудь аналитические материалы, которые выходят в Америке по этому поводу, ну, не по этому, вообще, про мироустройство, у меня такое ощущение, что у части, по крайней мере, политиков мировых (причем, когда я читаю некоторых наших политиков, политологов, у меня ровно такое же ощущение возникает) эта граница между возможным и абсолютно невозможным, невозможным никогда просто, ни при какой ситуации…

МАРТЫНОВ: Она размывается, я согласен.

АВЕРИН: …Она делается настолько неочевидной для многих, что вот это у меня вызывает ужас. Просто животный ужас! Я ещё всё-таки то поколение, которое воспитанное на "ядерному миру – да, да, да, ядерному взрыву – нет, нет, нет".

МАРТЫНОВ: Совершенно точно. А вот сегодня уже в такой дееспособный возраст, ну, имеется в виду возраст принятия решений, возраст молодых управленцев, то есть там 35, например, 40 – это поколение, которое действительно никогда в жизни не просто не знало войн, оно даже не слышало, что это такое. Я имею в виду хотя бы вот наше детство, когда мы это от дедушек слышали, бабушек и так далее. А им некому уже рассказывать. В их представлении война – это некая компьютерная игра, да? Где-то какое-то соревнование в виртуальном некоем пространстве, где при определённых условиях можно получить новую там жизнь, в крайнем случае, перегрузить компьютер и начать сначала и так далее. То есть у них такое представление, понимаешь? Они не понимают, что это такое.

Также в программе:

необитаемый остров для мигрантов, протесты студентов, облава на мафию в ЕС, беспорядки во Франции.