Заявления министра экономразвития Максима Орешкина о будущих ценах на нефть и курсе рубля, ипотечные каникулы, госдолг США и др. Гость Павла Анисимова в студии "Вестей ФМ" – Сергей Хестанов, доцент кафедры финансовых рынков и финансового инжиниринга РАНХиГС.

ХЕСТАНОВ: Прежде всего нужно вспомнить о том, что среди экономистов есть поговорка: "Лучший способ испортить себе репутацию – это заняться прогнозированием цены на нефть". Даже в относительно недавней истории мы видели множество примеров, когда нефть и падала, и, наоборот, росла достаточно неожиданно для всех экспертов. Такой уж это товар, что на цену нефти влияет не только экономические факторы, но и политические, разного рода события. Поэтому вот тут я бы осторожно говорил.

Хотя действительно в ближайшее время ожидать падения на нефть заметно ниже 40 долларов за баррель – это достаточно маловероятное событие. Но, с другой стороны, есть такая шутка – никогда не говори "никогда"!

АНИСИМОВ: Почему министр так уверен в стойкости, надежности рубля, если нефть дороже сорока долларов?

ХЕСТАНОВ: Скорее всего, уверенность базируется на том факте, что бюджет сверстан очень консервативно. В принципе, государство в состоянии выполнить свои расходные обязательства при цене нефти чуть-чуть выше 40 долларов за баррель. Многие даже критикуют Минфин за такой жесткий критерий верстки бюджета. Но мне кажется, в условиях неопределенности уж лучше проявить излишний консерватизм, чем, не дай бог, стать оптимистом, завысить расходы, а потом не справиться с этими расходами. Поэтому с точки зрения надежности – это хороший подход.

Оборотной стороной являются довольно жесткое дополнительных нефтегазовых доходов для пополнения резервов. И вот тут тоже есть разные точки зрения – есть сторонники, что резервы надо тратить; есть сторонники идеи о том, что резервы надо накапливать – опять-таки, это предмет почти бесконечных дискуссий! Всегда можно найти аргументы и за, и против.

Но при нынешнем состоянии дел с бюджетом, а я напомню, что российский бюджет профицитен с апреля прошлого, 2018, года, притом, что у нас накопленные международные резервы внешний долг, действительно, ситуация смотрится как достаточно надежная.

Что касается доходности рублевых депозитов, то в моменте тактически, естественно, с министром нельзя не согласиться, потому что у нас инфляция, даже с учетом небольшого роста в начале года, все равно остается заметно ниже, чем проценты по депозиту. И, кстати, для опытных вкладчиков не является тайной, что эта ситуация не особенно типичная. У нас до этого десятилетиями депозит покрывал процентов 80-90 инфляции, и к этому все привыкли. То есть ситуация, когда процент по депозиту выше инфляции, для нашей страны, скорее, необычная, и это длится последние пару лет.

Но, с другой стороны, вот так категорично говорить, что девальвации не будет, тоже не совсем правильно.

АНИСИМОВ: Но даже если нефть упадет ниже 40 долларов, то, что наблюдали мы несколько лет назад, то, что предполагают некоторые аналитики, нам же говорят, что адаптировалась экономика к внешним шокам, в том числе, санкционным, в том числе, низким ценам на нефть. Будут ли такие же серьезные колебания?

ХЕСТАНОВ: Отчасти это верно, но я бы не абсолютизировал это утверждение. Практика говорит, что, если нефть падает сильно и, самое главное, резко (то есть имеет значение не только величина падения, но и как быстро это происходит – экономика гораздо спокойнее воспринимает плавные движения нефтяных цен по сравнению с резкими обвалами), то, в общем-то, рубль, скорее всего, на это ослаблением отреагирует.

Полностью слушайте в аудиоверсии.