Гость Анны Шафран – гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин.

Послание президента. Настало время, чтобы сказать, каким мы хотим видеть мир. А российская оппозиция готовится бойкотировать принятие поправок в Конституцию.

ШАФРАН: Михаил Касьянов заявлял о необходимости изменения числа президентских сроков, Милов из ФБК даже предлагал свой собственный план создания новой Конституции. И что же так радикально изменило их позицию?

МУХИН: Вот последнее – это какой-то когнитивный диссонанс. Вы, ребята, определитесь: либо трусы наденьте, либо крестик снимите. Либо мы не изменяем Конституцию, как вы требуете, либо вы предлагаете ее поменять полностью? Это что-то невообразимое. Начну с того, во-первых, что нет никакого цикла-2021, есть циклы по смене федеральных органов власти, он будет, этот цикл – 21-24, и есть ежегодные циклы по замене региональных властей, которые проходят как Единый день голосования.

ШАФРАН: Ты сейчас рассуждаешь как серьезный политтехнолог...

МУХИН: Цикл... У меня сразу резануло ухо, что называется. Потом вот тот разброс мнений, который продемонстрировали представители нашей оппозиции... Ну, к сожалению, не уважаем... Потому что практически всех, кого ты перечислила, я знаю лично. И это люди довольно радикально, хамски настроены по отношению к тем, кто не разделяет их мировоззрение. И со всеми вытекающими отсюда последствиями... Полагаю, что их разброс мнений, на самом деле, – он не от злого умысла, а от того, что у них нет целостного восприятия мира. У них есть какой-то иррациональный и очень такой животный, причем довольно сильный, страх перед верховной властью, как это ни странно звучит. Хотя верховная власть, в общем, довольно нежно к ним относится и довольно заботливо, несмотря на то, что они кричат о политических репрессиях, о наступлении 37 года и так далее. Нет, ребята... Когда они начинают кидаться камнями и фекалиями в представителей закона, представителей правопорядка – да, наступают, что называется, юридические последствия. Но когда это все в форме «оральной» – я имею в виду, в соцсетях и так далее, последствий никаких нет. Только Twitter или еще кто-нибудь из соцсетей может забанить особенный разгул эмоций, что называется, да и то, как показывает в том числе и мой Twitter, не банят. Эмоции допустимы. Спасибо большое.

Так вот, возвращаясь к нашим баранам. К сожалению, они друг друга в этом смысле... Почему основные претензии к либеральной общественности, которая пытается иногда вылезти на электоральный уровень, к ней такие большие претензии? Потому что они никак не могут сформулировать, что бы они ни говорили, позитивную повестку дня. Не за что зацепиться электорату.

ШАФРАН: В очередной раз они это демонстрируют. Они не понимают, как они комично выглядят...

МУХИН: Они апеллируют к ненависти. Люди от ненависти довольно быстро устают. Да, есть люди, которые социально озабочены, им кажется, что мир и власти к ним несправедливы, но они довольно быстро переживают этот период и задают дальше вопрос сакраментальный: что вы предлагаете, ребята? Вот, мне кажется, результат 2-3% – это, собственно, потолок для тех хейтеров, которые не формулируют позитивную повестку дня.

«Вести ФМ» в Telegram

Полностью слушайте в аудиоверсии.