10 марта 2015, 15:59

Георгий Жолнин: "1945-й будет последним годом нашей разлуки..."

поделиться:

От слушателя "Вестей FM" (орфография и пунктуация автора сохранены):

"В моей семье более шестидесяти лет хранится пачка пожелтевших писем, упакованных в старую трофейную папку с оторванными тесемками. Раз в несколько лет их листает кто-нибудь из родственников. И всё. Так бы они и лежали дальше не разобранные по датам, если бы однажды я, поднатужившись, не прочитал сразу несколько писем подряд. Их случайный расклад оказался таким, что четко просматривался готовый интригующий жизненный сюжет. Мне стало интересно. В дополнение к письмам сохранились анкеты и автобиография отца, официальные справки, грамоты военных лет, орденская книжка и удостоверения на медали. Сохранился и самодельный блокнот, сшитый из листков, вырезанных из немецких карт, на обратной стороне которых отец, хоть и не регулярно, вел дневник. В нем он мог позволить себе быть более откровенным, чем в письмах, просматриваемых военной цензурой. На зеленой обложке блокнота по диагонали печатными буквами от руки было написано "Блокнот майора Жолнина".

С помощью сканера и компьютера удалось придать этим документам вид вполне доступный для чтения. Письма, выписки из документов, выписки из дневника, расположенные в хронологическом порядке, выстроились в довольно стройный и связный сюжет. Получилась история советской семьи, с родителями, выросшими и воспитанными при советской власти и вкусившими все беды и радости своего поколения. Любовь и разлука, верность и измена, радость Победы и последующая трудная жизнь, и, в общем-то, счастливый конец. Детали быта в тылу и на фронте, цены и зарплаты. Жизнь как она была, без приукрашиваний и умолчаний.

Имею ли я право предать гласности интимную переписку? Думаю, что имею. Во-первых, все письма, кроме первых месяцев войны прочитывались военной цензурой и поэтому изначально были почти лишены интимных моментов. Во-вторых, в семидесятые годы сам отец пытался сделать их достоянием общественности. Я, по его просьбе, на казенном фотоаппарате, снимающем на стеклянные пластинки больших размеров, сделал их черно-белые фотокопии. Позже появились ксероксы. Но и в виде копии трудночитаемые письма мог читать только энтузиаст, а переработать их до состояния читаемости было некому. История обычного фронтовика тогда была не нужна, хватало мемуаров крупных военачальников. Сам это сделать он технически не мог. Но, ведь хотел...

Цитаты из писем и выписки из блокнота, расположенные в хронологическом порядке, я сопроводил цитатами из мемуаров, художественных произведений и исторических исследований, уточняющими и дополняющими описываемые события. Надеюсь, что мои вставки не помешают читателю погрузиться в атмосферу того времени. Пускай эта публикация воспринимается читателем, как неискаженный голос из прошлого. Из нашего общего прошлого."

Анатолий Жолнин, внук Георгия.

ПОСЛЕДНИЕ МЕСЯЦЫ ВОЙНЫ

Из дневника Георгия от 23.7.44.
Вчера в 20-00 выехали из Гоковно (южнее Северного Любомль). В 23 часа 20 минут переправились через р. Западный Буг, через старую Госграницу, бывшую областью Госинтересов Германии, и расположились в Збереже (16 км ю-в Владова). Войска же форсировали р. Западный Буг в 18-00 20-го июля, а сегодня они находятся уже в 30 км северо-западнее того места, где они форсировали реку, а так же и от нас. В войсках приподнятое настроение: шутка ли сказать с <...>* по 23-е 12-00 наши войска прошли с боями 80 км. Это почти по 20 км в сутки по бездорожью. Бойцы при малейшей задержке весь обоз перетаскивают на себе, не дожидаясь приказа. Население встречает войска, одетое в праздничные платья, и с хлебом и солью.

После учений, которые интенсивно проводил комдив Белобородов перед отсылкой на фронт (июль-сентябрь, 1941)

Из письма Георгия.

Дзень добры, милая Сашенька!!!
Что это такое? - подумаешь ты. Не вздумал ли твой Георгий шутить, и не случилось ли с ним что-нибудь? Ничего, Сашенька, со мной не случилось. Просто я написал "здравствуйте" по-польски. Это первое слово, которым мы были встречены в Польше. Итак, Сашенька, мы уже находимся в Польше и бьем здесь немцев, выполняя одновременно две задачи: освобождения нашей Родины от немецких захватчиков и уничтожения их и вторая, освобождаем польский народ от немецкого ига.
Население наших солдат встречает дружелюбно и с громадной радостью. Встречают с хлебом и солью и стараются сделать все, что необходимо солдатам. Конечно, есть некоторые, которые смотрят на нас косо. Но ведь "в семье не без урода". Все эти люди сторонники генерала Соснковского**, о котором ты, я думаю, читала в газетах.

Настроение всех бойцов исключительно бодрое и веселое. Все стремятся вперед и вперед. Иногда выполняют такую работу, которую в мирное время не выполнили бы и 20 человек. Здесь с ней справляются впятером. В общем, все горят желанием как можно быстрее разбить врага и вернуться к своим семьям, приняться за свою мирную работу на благо своей любимой Родины.

С того времени, как мы начали наступать, мы далеко ушли на Запад и находимся сейчас недалеко от Варшавы. Противник терпит поражение за поражением. Не очень давно было пять салютов за взятие города. Вчера был салют за Седлец, который взяли наши войска, сегодня салют за Каунас. Все это говорит о том, что близится час окончательной расплаты с врагом, и не далек тот час, когда мы его окончательно уничтожим. А следовательно, не далек тот день, когда мы встретимся вновь и я смогу крепко-крепко обнять тебя и маленьких ребят, поцеловать вас всех.

Как я живу и какое настроение? Живу по прежнему. Сейчас сижу за столом дежурного и пишу тебе письмо. Время сейчас 3 часа по московскому времени. На улице темно, хоть глаз коли и идет сильный дождь. Настроение? Какое может быть настроение у меня, когда наши войска имеют такие успехи? Да и не только наши войска, но и вся Красная Армия. Конечно, хорошее и бодрое, и имею только одно желание, быстрее разбить противника, а следовательно, встретиться с вами.
2.8.44

Из письма Саши. Получено 15.8.44
Гора, милый, последние газеты нам приносят очень много радостных известий. Успехи Красной Армии вызывают у нас уверенность в скором окончании войны, а этого мы все ждем с большим нетерпением. Ведь тогда мы встретимся с теми, которых мы не видели три года и так жаждем видеть.

...А ведь война еще не кончилась и неизвестно, сколько продлится. А как она надоела нам, а вам еще больше. Но ничего не поделаешь, будем, мой любимый, терпеливо ждать конца войны и нашей встречи. А она будет, она должна быть. Правда, ведь, Горочка?

Единственная военная фотография Саши с детьми.

Из письма Саши. Получено 20.8.44
Здравствуй, Гора!!!
Гора, сегодня, т.е. 4.8 получила от тебя письмо, датированное 20.7. Я от тебя не получала очень долго - дней двадцать, а поэтому это письмо было для меня особенно большой радостью. Я на тебя не обижаюсь за то, что долго не было писем. Потому что я получила письмо № 23 и 25, а №24 нет. Если бы оно пришло во время, такого большого перерыва не было бы. Прочтя письмо, я, почему-то, почувствовала, что у тебя замечательное настроение. Этому очень рада. Настроение твое приподнято успешным продвижением частей Красной Армии. Эти успехи так же радуют и нас. Даже очень и очень радуют. Ты бы посмотрел, с каким нетерпением мы ждем своего почтаря со свежей газетой. Очень жаль, что у нас сейчас не работает радио - нет питания.
...Мне сегодня сын замечание сделал: "ты, что сегодня все улыбаешься"?


Из письма Саши от 1.9.44:
Горочка, любимый ты мой. Как же я о тебе соскучилась. Ведь уже 4-й год, как вы выехали в Губерово. Но когда же конец войне?!

Из письма Георгия от 4.1.45.
Итак, Сашенька, наступил 1945 год. Это 4-й Новый год, который мы встречаем далеко друг от друга. А 1945 я встречаю далеко и от нашей любимой Родины. Но ничего, Сашенька, надеюсь, так же как и все, что этот год будет последним годом нашей разлуки. В этом году окончательно разгромим врага и, наконец, после стольких лет разлуки, встретимся вновь.

Новый год мне встречать не пришлось, т.к. я с 31.12 на 1.1 заступил дежурным и был на вечере только тогда, когда вручали ордена. Затем ушел к себе в дежурную комнату, где и пробыл круглые сутки, получая поздравительные телеграммы и отправляя их на вечер. Вообще, вечер прошел неплохо и радостен был тем, что в ночь на 1.1. был взят пленный. Это у всех нас подняло настроение.

Из дневника Георгия
4.1.45. Четвертый Новый год встречаю вдали от семьи, а 1945 даже вдали от Родины. Все мы, понимаем, что это будет последний год, год окончательного разгрома врага, год в котором все мы вернемся на Родину и к своим семьям.

18.1.45. 4-й день как началось наступление. Прорвав сильно укрепленную оборону противника в междуречье и разгромив 73 пд*, форсировали р. Висла. Войска сейчас находятся в 40 км западнее Варшавы. Вчера был приказ Главкома, в котором упоминаемся и мы, т.к. наша армия фактически ей и овладела.

11.1. я выехал для поверки готовности частей к наступательной операции. Был в 143 сд* у Быкова. Тогда у них чувствовалось во всем, что мы скоро начнем наступление. В дивизии пробыл до вечера 14-го. 14-го. Была разведка боем, очень удачно захватили более 50 пленных. 14-го же в 10-00 сосед справа 70 начала наступление. Захватом пленных подтвердилась та группировка, которую мы считали. Вечером прибыли на новое место в Домбковцина (северо-восточнее Яблочцы-Лейкосово), куда перешел наш штаб 13.1.

15.1. в 10-00 началась артподготовка, которая вместе с основным валом продолжалась более 3-х часов. Наши войска перешли в наступление. Смяли части 73 пд* на первой позиции и к вечеру очистили междуречье от противника, захватив более 600 чел пленных и большое количество трофеев.
На левом фланге БФ начали наступление <...>** и 8-я Гв. армии, которые имеют большой успех.

Из письма Георгия от 24.1.45.:
Здравствуй, милая Сашенька!!! Привет и наилучшие пожелания в твоей работе и жизни! Спасибо за поздравления с Новым 1945 годом. Я, так же как и вы, надеюсь, что Новый 1946 год будем встречать вместе, в кругу своей семьи.

Милая Сашенька, я знаю, что с нетерпением ждешь от меня письма, а оно все не идет и не идет. Уж так получилось, что пишу тебе с большим опозданием. Самое основное то, что изменилась обстановка. Об этом ты, по-видимому, узнала давно из газет, и для тебя не будут новостью мои сообщения.

Пишу это письмо не с того места, где мы были раньше, а километров около 200 на запад. Как ты знаешь из газет, наша Армия перешла в наступление по всему Советско-Германскому фронту. В том числе и мы в первые же дни имели хорошие успехи. Прорвали оборону немцев и овладели Варшавой, о чем отмечено в приказе Главнокомандующего и где мы тоже отмечены - войска генерала Перховича. Разгромив немцев в районе Модлин и Варшавы, и порядочно уничтожив их, мы пошли на запад, куда продвигались со скоростью 30 километров в сутки. Об этом ты тоже читала в газетах.
Сашенька, ты можешь меня спросить, какие успехи? Отвечаю. Мне самому пришлось испытать отход наших войск в 42 году, когда я был на Украине. Был очевидцем и участником наступления от Ковеля до Варшавы. Знаю, как громили немцев под Бобруйском, разгромив центральную группу армий немцев, в результате чего освободили всю Белоруссию. Но такого наступления и такого бегства немцев, не только мне, но и многим другим не приходилось видеть. История Отечественной войны не имеет примеров такого успеха и тем более бегства, форменного бегства "хваленых" фрицев из "хваленой" и "непобедимой" наступательной немецкой армии.

Ежедневно по радио объявляется по два-три приказа Главкома то по одному, то по другому фронту, о захвате городов, крупных населенных пунктов и узлов сопротивления немцев. Перед тем как сесть писать тебе письмо, мы слушали один из сегодняшних приказов маршалу Коневу о том, что его войска захватили несколько городов и в районе Бреслау вышли на реку Одер. А ведь эта река и есть граница Германии. Таким образом, и с юго-востока подошли к границам Германии. Как видишь, успехи замечательные.

Если бы ты, Сашенька, посмотрела сейчас на наших бойцов. Какое у них сейчас приподнятое настроение! Хотя люди устали, пройти 30 км в сутки с пулеметами, винтовками и т.д. - это не по улице прогуляться, несмотря на это бойцы не чувствуют усталости и рвутся вперед и вперед к своей цели в логовище зверя. С одной задачей и мыслью, как можно быстрее достигнуть этого логова и уничтожить там "раненного зверя".
Вот так, Сашенька, обстоят у нас дела, а они у нас, как видишь, идут неплохо.

Из письма Саши от 21.1.45. Получено 10.2.45.
Гора, когда я читала письмо, в комнату вошел сын и спрашивает" "Папа прислал письмо?". Я ответила "да". Он постоял, подумал и снова спрашивает: "Он пишет, что скоро приедет?". Я ответила "да".

Сегодня к нам в деревню приехал раненый старший лейтенант, отец рудикиного товарища. Рудик был у них. Сегодня он весь день ведет о тебе разговор: А какой наш папа, когда приедет наш папа? и т.д.

Из письма Саши. Пришло 17.2.45.
Последние дни наше радио приносит очень радостные вести с фронта про замечательные успехи Красной Армии. О них ты, конечно, узнаешь раньше моего. Эти известия вселяют веру в скорую победу Красной Армии над врагом, а следовательно и скорую встречу. Эти известия поднимают настроение.

Из письма Георгия от 24.1.45.
...Находимся мы сейчас в 220 км западнее Варшавы. Как видишь, мы за небольшой промежуток времени прошли большое расстояние. Это значит, что мы на 220 километров стали ближе к Берлину - логову раненого зверя. Это значит, что нам меньше времени осталось до того момента, когда мы окончательно разгромим и уничтожим фашистских захватчиков. Это значит, что недалек день и час окончательной победы, а следовательно, и нашей встречи. Вот так пока обстоят у нас дела. Да они и тебе известны хорошо по приказам Верховного главнокомандующего и по сводкам Совинформбюро.

Чувствую себя неплохо. Настроение приподнятое. Настроение приподнятое не только у меня, но и у всех бойцов, офицеров и генералов. Все рвутся вперед на запад.Чувствую себя неплохо, правда, последнее время, вернее дни, немного приболел. Но приподнятое настроение и движение вперед, на запад оказались лучшим средством, чем лекарства, прописываемые врачами. Находимся все время в движении. Переночуем ночь, а затем опять вперед. На днях будем в районе Вромберга. Теперь нам осталось до Берлина не 550 км, а 250-300 км. Таким образом, наша встреча приближается с каждым днем

Из дневника Георгия.
24.1.45. проехали около 90 км через Аргеноу (Гневково) и остановились в Нишвитц (12 км южнее Бромберг (Быдгощ). Бронево, жандармское управление. Трупы убитых жандармов и одной женщины - дела танкистов. В доме полный хаос и

... Пианино, игра Лямина на нем - контраст исключительный.

В пути колонны пленных немцев, их трупы по дорогам и разбитая техника. Наши военнопленные, все калеки, вид истомленный, бледные, обросшие и не похожи на людей - только их тень (в лагере было 3000). Колонна женщин - евреек до 600 чел из Львова, Каунаса, Вильно. Большинство из них предназначались к уничтожению, но наши спасли их.
В Промберге идут бои, в Панель тоже.

25.1.45. Попались пленные немцы из лагеря трудовой повинности №5/32. Военнопленные итальянцы и чехи, которые строили артсклады в лесу южнее Бромберг.

27.1.45. Шубин, здание почты. Расположились в квартире почтмейстера.

29.1.45. Прибыли в Германсдорф (14 км северо-западнее Накеля). Находимся в 16 км от Германской границы. Войска уже находятся на германской территории.

Из письма Георгия:
...Саша, находимся в 16 км от границы Германии - логова фашистского зверя. Войска же уже перешли границу. Завтра и мы будем на территории Германии. Как видишь, с каждым днем мы приближаемся к конечной своей цели - разгрому фашистской армии и одновременно, к концу войны, следовательно, и нашей встречи. Осталось нанести последний всесокрушающий удар и водрузить в Берлине знамя Победы. И наша Красная Армия под руководством Великого Сталина нанесет этот удар и водрузит знамя Победы в Берлине.
Чувствую я себя неплохо. Да и кто сейчас чувствует себя плохо?
Крепко, крепко целую тебя, твой Георгий.
Польша, 30.1.45 г.
P.S. Следующее письмо напишу из Германии.

Из письма Георгия:
Германия 1.2.45 г.
Здравствуй, Сашенька! Привет и наилучшие пожелания в твоей работе и жизни.
Итак, Сашенька, мы в Германии - логове раненного зверя. Наконец и немцы начали испытывать на себе удары нашей Красной Армии, авиации и артиллерии. Теперь конечно они перестали говорить о непобедимости немецкой армии, которая неоднократно была бита Красной Армией, а сейчас и вовсе, просто избивается на широком фронте наступления наших войск.

Наши подвижные отряды находятся от Берлина всего в 65-70 км. А ведь не так давно, всего полмесяца тому назад, мы были на Висле, в районе Варшавы.
Остается, Сашенька, всего один всесокрушающий удар - как сказал в своем обращении маршал Советского Союза т. Жуков - и знамя Победы засияет над Берлином.
Кончаю свое коротенькое письмо - первую весточку из Германии, и с нетерпением жду ответа от тебя из далекого Красноярского края.
До свидания, Сашенька. Крепко, крепко целую тебя, твой Георгий.

Из писем Георгия:
...Саша, ты пишешь, что к твоей коллеге приезжал друг и что это навеяло на тебя тоску. Милая Сашенька, много ждали, а немного подождем. Не далек тот час, когда Германия будет разбита окончательно. Об этом говорит все, и наступление нашей Красной Армии и встреча трех руководителей стран: Великого Сталина, Черчилля и Рузвельта, на совещании которых окончательно решится вопрос о разгроме Германии. Вот после того, как кончится война, мы встретимся вновь. И тем радостнее будет наша встреча после долгой разлуки. Так что, Сашенька, надо взять себя в руки и, как-то ты мне сама писала, терпеливо ждать.
Чувствую себя неплохо, живу так же.
До свидания, Сашенька. Крепко, крепко целую тебя.

Твой Георгий.Германия, 8.2.45 г.
...Сегодня мы находимся далеко от того места, где я писал тебе последнее письмо. Не так далеко от нас течет река Одер, на которой находится крупный немецкий город Штеттин, а южнее - Кюстрин и далее Франкфурт. Этот рубеж немцы сильно удерживают. Оно вполне понятно, ведь нам до Берлина осталось 70-80 км, а это для них что-то значит. Посмотри на карту и вспомни географию и тебе тоже станет ясно, что они не удержат нас на Одере. Красная Армия возьмет Берлин. А если будет взят Берлин, то им будет крышка, т.к. одновременно с нами будут наступать и союзники. Поэтому немцам и отступать некуда. Таким образом, все ближе и ближе то время, когда враг будет окончательно разгромлен и мы все вернемся в нашу прекрасную Родину, а следовательно, и в свои семьи.
Германия 17.2.45 г.

20.3.45.
Закончили уничтожение противника на вост. Берегу Одер в районе Альтдомм (юго-восточней Штетин). Сегодня переезжаем на старое место в Нордхаузен, где справляли 23 февраля. Выходим в старые границы для действия на Берлин.

...То, что рассказал тебе раненый офицер, который был в Польше, это не все. Когда мы были в Польше, мы там были как освободители и нас повсюду встречали хорошо. Сейчас, когда мы находимся в логове немецкого зверя - Германии, мы считаемся ее врагами, и они нас встречают как врагов. Все местное население стремилось уйти на Запад. Кой-кому это удалось. Осталась часть и они, конечно, относятся к нам враждебно, хотя там, где они живут и вывешены белые флаги - флаги капитуляции. Но все это, Сашенька, не страшно. Остается нанести еще один всесокрушающий удар, о котором говорил в своем приказе №5 Верховный Главнокомандующий, маршал Советского Союза тов. Сталин, и конец гитлеровской Германии. А вместе с этим и конец войны. Предпосылки к этому есть, ведь почти вся Восточная Пруссия, за исключением района Кенигсберга, очищена. Очищена так же и Померания. Войска нашей доблестной Красной Армии подошли к Штеттинскому заливу и почти к Штеттину. Об этом тебе известно из ежедневных сводок Совинформбюро. Таким образом, Сашенька, не далек тот день, когда мы встретимся вновь.

Немного о себе. Живу по-прежнему, работа идет неплохо. За последнюю операцию, т.е. за время в которое мы пришли к Одеру, меня наградили орденом "Отечественной Войны I степени". По этому можешь судить, как у меня идет работа.
6.3.45 г. Германия.

Из писем Саши:
Гора, уже 15 дней, как нет от тебя письма. Я начинаю порядком волноваться. Я тебе уже давно писала, что твои письма для меня лекарство, которое замечательно действует на мое настроение. Когда я получаю письмо, настроение у меня приподнятое, хорошее, а когда нет писем - наоборот. Особенно сейчас, когда ты находишься на территории врага. Тебе опасность угрожает намного больше, чем тогда, когда ты находился на родине.

Ребята себя чувствуют неплохо. У нас сейчас тепло, правда, не совсем, но все же днем на припеке тает снег. Сына домой не загонишь. Гора, у него привычка одну руку положить за борт пиджака, а другую в карман штанов и разгуливать так. Недавно он в селе увидел мундштук. Купил его, приходит домой и говорит, "Мундштук купил, папа приедет, ему ведь надо. Два рубля стоит. Я дяде сказал, что деньги потом отдадим, и положил его в сундук. Мне кажется для тебя понятно, что это значит. Гора, у нас эвакуированных отправляют на старое место жительства. На Запад формируют эшелон. Но я пока сижу.

Рима чувствует себя неплохо. Сейчас у нас зачеты за 3-ю четверть. У нее результаты средние, точнее она напишет сама. Она теперь иногда письмо напишет и отправит. Я и не вижу.
11.3.45 г

...Гора, сейчас 10 ч. Вечера. Рудик спит. Лежит на кровати, разбросал руки. Рима сидит около меня, решает задачи. Только тебя нет с нами. Сейчас Рима говорила: "Чтоб дверь открылась, и вошел папа. Что бы ты стала делать?" Я бы, говорит, как бросилась сразу к папе. Подобные разговоры у нас бывают частенько. Ребята начинают фантазировать, как они встретят папу и т.п.

У нас запахло весной. После такой суровой зимы теплые дни кажутся особенно радостными. Но вместе с радостью весна приносит и новые заботы. У нас ни у кого нет кожаной обуви. Придется в валенках бродить по грязи. О покупке думать не приходится, цены жуткие. А тут еще с питанием дело стало обстоять не совсем хорошо. Ну, ничего, мой любимый Гора, все переживем, только бы у тебя было все благополучно, да мое здоровье не подкачало.
14.3.45.

Из писем Георгия:
Мы находимся недалеко от Берлина. От самой ближней точки до Берлина по прямой всего 60 км. Необходим последний всесокрушающий удар, и мы будем в Берлине. Союзники тоже начали действовать и неплохо. Таким образом, недалек тот день, когда мы совместными действиями с Союзниками разгромим фашистскую Германию, и тем самым окончится так надоевшая всем война и мы, Сашенька, встретимся вновь.
26.3.45 г. Германия.

28.3.45. Закончили ликвидацию предмостного укрепления в р-не Альткностринхен. Таким образом, немцы кругом отброшены на западный берег р. Одер.

Из писем Саши:
...За посылку очень и очень большое спасибо. Она у нас у всех вызвала большую радость. 2-го я получила извещение, а 3-го поехала в Ужур за посылкой. Ребята меня целый день ждали и встретили еще за деревней. Все, что было в посылке, нам очень понравилось. Сахаром я ребят накормила вволю. Рима говорит, наелась, а Рудика так досыта и не накормила. Съел очень много, но говорит: "Я бы, мама, еще ел". Но я больше дать побоялась, может получиться неприятность. Но ничего, еще наестся. Это нам за 4 года.
3.4.45.

...У нас весна в полном разгаре. Зимой было очень много снега, а сейчас такая грязь, что нигде не пройти. С ребятами беда. Сыну надоест дома сидеть, скажет "мама, пусти меня побегать, я только по сухому". Отпущу, минут через десять смотришь, уже весь как чертенок в грязи и ноги промочит, калоши худенькие. Рима, та все же аккуратней. А вообще живем средне.
7.4.1945

Из письма дочки Риммы:
Добрый день Здравствуй, дорагой папочка С приветом квам ваша дочь Рима. Папа посылку мы уже получили мне пондравилась кортинка и фегурка. Папа получила сёдни от тебя письмо и открытку и была им очень рада. Папа спасибо тебе за вторую посылку можит быть мне там платье и Рудику штаны а то у меня одно платье а у Рудика одни штаны. Папа мама Рудику только купила штаны а он сразу их порвал катался наних згорки и кувыркался згоры..пока дасвидание целую крепкокрепко ваша дочь Рима.

Из письма Саши:
...Гора, так приятно смотреть на детей, когда они выглядят свеженькими и здоровенькими, хотя и плохо одетыми. Сыну недавно купили штаны, а он их уже порвал и больше шить не из чего. Все наволочки, занавески, простыни перешиты. Но ничего, как-нибудь обойдется, только бы было все благополучно со здоровьем и у тебя и у нас. ...Гора, дорогой мой Гора, как иногда бывает скучно, прямо не знаю, куда бы деться. Весной природа свое требует. Так надоело одиночество, что и передать тебе не могу. Будет ли когда конец этой войне, или нет? Ведь уже 4 года как мы не видели друг друга...
11.4.45 г

Из дневника Георгия:
13.4.45. Берлин (северо-западнее Бервольде). Получили другую полосу в районе северной части плацдарма южнее р. Альт-Одерд. 11 и 12 был в р-не 77 ск, где был сделан миниатюр-полигон для занятий с комарами и комдивами. 12.4 присутствовал на них, занятия проводил командарм.

14.4.45. Разведка боем. Прошла она с успехом. Продвинулись на 1-2,5 км, расширив тем самым плацдарм. В некоторых местах прорвали первую позицию. Вскрыли группировку пр-ка.

16.4.45. Начало наступления. Вчера ночью выехал с начальником на НП. В 4-00 началась артподготовка соседа слева (3УА). В 4-50 залпом РС началась артподготовка у нас, Верне АД, который продолжался 30 минут беспрерывно с полным напряжением сил. К концу выстрелы стали глуше, т.к. орудия накалились.

Из писем Саши:
...Сообщили радостную весть: "Наши части вступили в Германию, части Союзников находятся в 50 километрах от Берлина." Это было передано по радио. Сообщил мне об этом наш счетовод. Эта весть наполнила мое сердце большой радостью. Скорей эта преотвратительная война кончилась. Скорей бы увидеть тебя. Как хочется пожить вместе. Ведь все молодые годы прошли в одиночестве. Ребята так мало знают отца.
У нас уже начались полевые работы. Да вот беда навалилась на нашу деревню. У нас уже пять случаев заболевания тифом.
24.4.45 г.

Гора, разреши поздравить тебя с днем 1-го мая. Не знаю, как провел его ты, но судя по сообщениям Совинвормбюро, предполагаю, что вы этот праздник провели в напряженных и сильных боях. Я его провела в поле. По решению заседания правления колхоза в первомайские дни все должны выйти на работу в поле, чтобы скорее закончить сев. Нас с коллегой назначили в тракторный отряд. Вымазались как черти и возвратились домой. Я сготовила ужин, покормила ребят. Они спят, а я тебе пишу письмо. Вот так у меня прошел день первого мая.

Гора, радио сегодня к нам принесло радостную весть. Наши части взяли Рейхстаг. Дорогой мой гора, у меня сердце полно радостного волнения и вместе с тем возрастает тревога за тебя. Мой любимый Гора, как хочется встретиться. Рудик о тебе сегодня говорил все утро. Сел за стол, я приготовила ложки, их было 4. Рудик говорит, "четвертая папе".
1 мая 45 года.

Из письма Георгия:
Милая Сашенька!
Получил от тебя письмо, датированное 14.3.45г. ты пишешь, что у Вас запахло весной. У нас сейчас на большинстве деревьев распустились почки и появились маленькие листики. В поле появились первые весенние цветы. Четвертую весну, Сашенька, мы проведем далеко друг от друга. Думаю, что она будет последней весной в таком длительном периоде разлуки. Все ближе и ближе продвигаются Союзники к Берлину, и все ближе приближается окончательный разгром и крах Германии, а вместе с этим и наша встреча. Ну, ничего, Сашенька, много ждали, а немного подождем.
Жизнь у меня, так же как и работа, течет по старому, нового ничего нет. С нетерпением ждем того времени, когда будет нанесен последний всесокрушающий удар по логову фашистского зверя - Берлину. А это время не за горами.
Германия 5.5.45 г

Из письма Георгия:
Добрый день, милая Сашенька!
Саша, прошло около месяца с того времени, когда я послал тебе последнее письмо. Обстановка сложилась таким образом, что от тебя я письма получал, а тебе писать не мог. Отчасти и сам виноват. Поэтому прошу извинения за мое долгое молчание.

Мы сейчас очень далеко от того места, где находились. Хотя прошел небольшой период, но за этот период произошло масса изменений. Овладели Берлином - где принимали не малое участие и имеем три благодарности от

Главнокомандующего Маршала Советского Союза т .Сталина и скоро получим четвертое за овладение Берлином. Маршал Рокоссовский гнал немцев севернее нас. Об общей обстановке ты знаешь из газет. В общем, дело идет к концу, который для гитлеровской Германии уже наступил - начался ее развал. Мы находимся недалеко от Эльбы и, не сегодня-завтра, будем на ней, где встретимся с союзниками. Вот, Сашенька, коротко о том, что у нас произошло за последнее время. Чувствую себя неплохо.
5.5.45. Бранденбургская провинция Германии.

Из письма Саши:
Радио и газеты почти ежедневно к нам приносят радостные вести. Вести, которые являются предвестниками скорого окончания войны. Взятие Берлина для нас всех было большой радостью. Потому что в течение многих месяцев люди надеялись, что придет момент, и мы услышим о взятии Берлина. Это еще не конец войны, но за Берлином он не долго.

Меня эта весть застала дома. Я сидела за столом и проверяла тетради. Когда я об этом услышала, мое сердце наполнилось такой радостью, что я больше не могла работать. Мне в голову лезли бесконечной вереницей мысли о конце войны, о нашей встрече. Занятия кончаем 18 мая, а сейчас занимаемся. Рима перейдет в третий класс.

Гора, радио продолжает преподносить нам хорошие вести о победе частей Красной Армии. Эти вести нас всех очень радуют. Они укрепляют надежду на скорую победу Красной Армии, а следовательно, на скорую встречу с нашими дорогими, которых мы неотступно и упорно ждем в течение почти четырех лет. По ходу действий Красной Армии нам кажется, что война кончится совсем скоро, может быть в мае. Это мнение и желание многих. Дорогой мой Гора, как надоела война нам, но вам она надоела во много раз больше, чем нам.

Мой любимый Гора, пока я тебе писала письмо, на конторе уже вывесили флаг в честь окончания войны. У меня сейчас неудержимо текут слезы. Слезы большой радости. Первый по радио услышал наш счетовод. Инвалид, у него нет ноги. Эта весть в один миг облетела все село. Все плакали от радости. Слышала, кричат, "Война кончилась", но этому не поверила, хотя и очень желала этого. А потом подбежал счетовод и закричал, "Саша, Саша кончилась война!!! Ты понимаешь меня или нет? И поскакал дальше. Тогда я поверила, и когда по-настоящему дошло до сознания, у меня вырвалось рыдание, и покатились слезы. Первый раз в жизни я плакала от радости. А Рудик спрашивает "теперь скоро приедет папа? Завтра или когда?" Что я ему могла ответить? Конечно, скоро. Не завтра, но скоро. Так ведь, мой дорогой Гора? Вот еще Восток заставляет волноваться. Да, Гора это у нас такая радость. А у вас еще больше.

Из письма Саши:
Здравствуй, мой дорогой Гора!!! С приветом Саша. Гора, поздравляю тебя с победой. Победа. Желанная победа, которую мы ждали и за которую боролись, вы на фронте, мы в тылу, а некоторым и жизнью поплатиться пришлось. Какая радость!!!

Любимый мой Гора, как мне хочется быть вместе с тобой. Я бы от радости не знаю, чтобы с собой сделала. Но ничего. Много ждали, а немного подождем. Пока, дорогой Гора, до свидания. Целую много, много раз и так крепко, как никогда. Твоя Саша
11.5.45 г.

Благодарим Анатолия Жолнина за представленные материалы.